Книга Я вижу тебя насквозь, страница 84 – Стаси и Элен Твенти

Эксперимент. Как он сказал на даче? «Это было… познавательно». Я была его подопытной крысой.

— Почти приехали, — его голос был теплым, бодрым. Он повернулся ко мне и улыбнулся. Та самая журнальная улыбка. — Я же говорил, ты полюбишь это место. Тут ни души на километры.

«Ни души».

Машина свернула с гравийной дороги на узкую, заросшую колею. Сосны стояли стеной. Высокие, до неба. Корабельные. Мой собственный скрипт из главы «Лес». Он не просто привез меня на пикник. Он привез меня на сцену.

Я не могла дышать. «Ты одна. Вокруг только сосны…»

Что он собирался делать? Он продолжит эксперимент? Включит метроном? Заставит меня «погрузиться» здесь? Или… он просто убьет меня, как финал своей собственной книги?

Я смотрела, как он спокойно вел машину одной рукой, второй постукивая по рулю в такт музыке. Он был расслаблен. Он был счастлив. Он был охотником, который наконец завел добычу в вольер.

Машина ехала медленно. Глубокие колеи не давали разогнаться. Километров пятнадцать, двадцать в час. Я посмотрела на него. Он смотрел на дорогу. Я посмотрела на свою ручку двери.

Я не буду жертвой из его сценария. Я не буду сидеть и ждать.

Я схватила ручку и дернула ее. Я ударила плечом в дверь.

ВЖУХ! Дверь распахнулась с оглушительным ревом — шум ветра, песка и музыки смешался в один вопль.

— Вероника⁈

Я вывалилась из машины. Я просто выпала на ходу. Я ударилась о землю. Жестко. Плечо. Бедро. Голова. Мир взорвался болью, землей и сосновыми иголками. Я перекатилась, задыхаясь, впиваясь пальцами в мокрую, мягкую землю.

СКРИ-И-ИЗГ! Тормоза. Машина встала, как вкопанная, в нескольких метрах от меня.

Я слышала, как хлопнула его дверь. Я услышала его голос. Это был не бархатный, обаятельный голос Марка. И не академический, резкий тон моего ментора. Это был… рев.

Первобытный, оглушительный, сорванный с петель. Голос, лишенный всякой маски. Это была чистая, неприкрытая ярость. Он взревел так, что сосны, казалось, вздрогнули. Вся его «забота», весь его «страх» за меня — все это сгорело в этом единственном, животном вопле.

— ТЫ КУДА⁈

Боль взорвалась в плече и бедре. Вкус земли и сосновых иголок наполнил рот. На секунду я оглохла от удара. А потом я услышала его рев. «ТЫ КУДА⁈»

Адреналин сжег боль. Я не чувствовала ни царапин, ни ушибов. Я была чистым животным инстинктом. Я вскочила на ноги. Подальше от дороги, подальше от машины, подальше от «Марка». В чащу. Я рванулась в темноту, под защиту сосен.

Хруст! За спиной. Он бежал. Его шаги были тяжелыми, быстрыми, они ломали ветки. Он даже не пытался быть тихим.

Ветви. Они были повсюду. Они хлестали меня по лицу, по рукам, цеплялись за волосы, как костлявые пальцы. Мой собственный скрипт из главы про лес, мое собственное описание ожило и пыталось меня убить. «Ветки хлещут по лицу…» Только теперь это была не метафора и даже не виртуальные ощущения в гипнозе. Это было настоящее.

— Вероника, стой!

Его голос. Он будто был везде. Он отражался от стволов. Он был полон той самой первобытной, сорванной с петель ярости. Он был зол не потому, что я сбежала. Он был зол, что эксперимент вышел из-под контроля.

Я бежала, задыхаясь. Легкие горели. Я спотыкалась о корни, которые, казалось, сами выползали из-под земли, чтобы схватить меня. Земля под ногами была мягкой, вязкой. «Под ногами — толстый слой сухой хвои…». Ложь! Я написала ложь! Здесь был торф, здесь было болото, здесь было невозможно бежать!