Книга Пока не погаснет последний фонарь. Том 3, страница 145 – Вероника Шэн, Ангелина Шэн

— Хината-тян, что случилось? – Рядом оказалась Йоко, которая явно поняла, что в зиме что-то произошло – по моему перепуганному, встревоженному лицу. Но я быстро взяла себя в руки и спрятала лишние эмоции. Я была покрыта снегом и ледяной крошкой и начала нервно стряхивать их с волос и плеч.

— Юки-онна… – начала было я и вновь обернулась к двери, пряча страх. – Араи-сенсей и Кадзуо еще там…

— Разве ты не шла сразу за мной? – напряженно спросил Хасэгава.

Обернувшись, я увидела, что черты его лица словно застыли, а затем его холодный взгляд обратился к Харуки. Она стояла в стороне, прислонившись к высокой сосне.

— Да, я… просто упала, – ответила я.

Харуки коротко взглянула на меня и отвернулась. На ее лице не показалось ни сожаления, ни вины – оно было мрачным и равнодушным. Стоявший неподалеку Хаяси моего взгляда избегал, но я не винила его за то, что он не помог мне. Каждый здесь спасает себя и не обязан рисковать жизнью ради незнакомцев.

Хасэгава перевел взгляд с Харуки на меня. Пожав плечами, он подошел ближе к двери, и тогда в его глазах я заметила отблеск скрываемой тревоги.

Наконец дверь открылась, из нее вышли Араи и Кадзуо, и я глубоко вздохнула, убедившись, что они оба выжили. С тех пор как я оказалась в весеннем сезоне, прошло не больше пары минут, но казалось, я прождала целую вечность.

— Вы целы! – воскликнул Ивасаки.

— Как приятно, что ты за меня переживал, – произнес Араи, который выглядел совершенно спокойным и, главное, невредимым, но получил от Ивасаки сердитый взгляд.

— Нет, я переживал, что, если ты погибнешь, мне не дадут повышение за твой арест.

— Тебе и так оно не светит, – пожал плечами Араи, и Ивасаки раздраженно фыркнул.

Хасэгава, как мне показалось, прислушался к разговору Ивасаки и Араи и словно хотел что-то сказать, но передумал. Его взгляд упал на Кадзуо, и Хасэгава судорожно выдохнул.

Я посмотрела на него с подозрением и… удивлением. Неужели его волновала жизнь Кадзуо? Хасэгава убил его отца, следил за ним и связывался с ним на местах преступлений… Хасэгава, пожалуй, должен хотеть, чтобы человек, который его ищет, который может его опознать, погиб и перестал быть угрозой.

Я ничего не понимала. Но в данный момент это все и неважно. Главное, что, по-видимому, Хасэгава не собирался убивать Кадзуо. Хотя бы пока.

— Кадзуо, как ты? – взволнованно спросила я, поспешно подойдя ближе.

Он лишь отмахнулся, но, поймав мой внимательный взгляд, успокаивающе улыбнулся.

— Опять переживаешь за меня, но лучше бы тебе волноваться о себе, – качнул головой Кадзуо и хмуро покосился на Араи. В глазах Кадзуо я увидела… подозрительность.

Я не поняла ее причины и призналась:

— За себя я еще как волнуюсь.

— Так, если все живы, пойдем дальше, – предложила Харуки, и я увидела, что Эмири посмотрела на нее с раздражением.

— Да, нужно идти, – согласился Араи, игнорируя пристальное внимание Кадзуо. – Йоко-тян, в какой стороне вы видели горячие источники?

— Там! – Она указала направление, и мы направились в нужную сторону.

Я заметила, что Эмири, приблизившись к Харуки, придержала ее за рукав и начала что-то говорить ей с холодным выражением лица. Харуки ответила сердитым взглядом и хотела что-то сказать, но Эмири просто отошла в сторону.

— Что-то я не вижу ни огня, ни горячей воды, – раздраженно произнесла Каминари. Она явно все не могла согреться в своей еще не высохшей одежде. Хасэгава хотя бы надел оставшийся сухим плащ. При этом я отметила, что он так и не снял перчатки, хоть они и промокли насквозь.