Книга Горе-волшебник, страница 108 – Алла Касперович

Пока мы с друзьями рассаживались по своим местам, я все думал, что Триссе очень пойдет такая форма. Тем более, что ее волосы еще более огненные, чем у девушки, что сидела на столе у Ремуса, у нее они скорее морковку напоминали. А та тем временем подвинулась еще ближе к профессору, наклонилась и зашептала что-то ему на ухо, отчего Ремус расплылся в улыбке. Как бы невзначай, она поправила на нем возле шеи мантию и накрутила себе на палец одну из его кудряшек.

И именно в это мгновение к нам в аудиторию решила заглянуть профессор Аварра. Она увидела всю эту сцену и уронила свитки, которые принесла с собой. Профессор не стала за ними наклоняться, хотя многие уже успели покатиться вниз по ступенькам аудитории, а вместо этого выдохнула заклинание, и все бумаги тут же снова оказались у нее в руках. Профессор не сказала ни слова, поджала губы и ушла прочь.

А вот Ремуса мне было жалко, ведь и я был почти в таком же положении. Профессор успел заметить край мантии Аварры, весь побледнел и бросился в след за ней, чуть ли не сбивая школяров на своем пути. А сидящая на столе девушка пожала плечами и, улыбаясь, не спеша вышла из аудитории.

Надо ли говорить, что половину урока мы просидели просто так. В другое время я бы этому обрадовался, но сейчас я был не в своей тарелке, потому что меня окружила стайка одноклассниц во главе с Корнелией.

— Марвус, ты такой высокий! — всплеснула руками белокурая красавица. — А я все такая же маленькая, — хихикнула она. — Наверное, даже до плеча тебе не достану.

От этих слов ее братец аж побагровел. Еще бы, ведь они с сестрой были одинакового роста.

— Я так за тебя волновалась. Так волновалась! — продолжала Корнелия. — Подтвердите, девочки!

Ее подружки закивали. Каждая из них тоже добавила от себя, что беспокоилась обо мне. Нет, конечно же, мне было приятно от таких слов. Но… Я им не верил. Ведь я два месяца провел в своей комнате, и никто, никто ни разу меня не навестил. Мне даже привет никто не передавал! А Корнелия… А Корнелия меня больше не заботила.

— Доброе утро, школяры! — поздоровался вернувшийся к середине урока Ремус. По его лицу было видно, что никакое оно не доброе для самого профессора. — Сегодня пишем самостоятельную.

Школяры возмущенно зашумели, но Ремус так на них, то есть на нас глянул, что в аудитории стало совсем тихо. Я еще никогда его таким не видел.

Ремус похлопал в ладоши, одновременно выдыхая заклинание, и перед нами появились листы с заданием. Я пробежался глазами по ним и чуть было не присвистнул в голос: я все это знал! Вот только тут еще было одно практическое задание, но с ним я не был уверен.

Оладка перепеченная! Я внук Корвиуса или кто?! Я смогу!

Письменные задания я выполнил очень быстро, и у меня еще оставалось добрых пятнадцать минут на практику. Нужно было сделать так, чтоб, когда профессор возьмет лист в руки, с него должно упасть три капли воды. А была не была!

Я закрыл глаза, собрался с мыслями, и выдохнул заклинание. А потом я положил лист перед собой и стал ждать звонка. Из моих же одноклассников еще никто кроме Триссы и Гэна не приступил к практическому заданию.

— Готов, школяр Марвус?

Оладка перепеченная! А я так надеялся спокойно досидеть до конца урока.

— Э… Ну, почти.

— Давай сюда.