Книга Горе-волшебник, страница 121 – Алла Касперович

— В нем всегда есть вода, — объяснила Трисса. — Ровно глоток. Нужно просто открыть кувшин, выпить и снова закрыть, а потом снова открыть и снова выпить.

— Ого! Спасибо! Очень нужная вещь.

А теперь настал черед второго подарка.

Девушка склонила голову на бок:

— Мар?

Я достал второй подарок, маленькую коробочку, взял руку Триссы и положил подарок ей на ладонь.

— Что это?

— Открой.

В коробочке на бархатной подушечке лежало серебрянное кольцо с изумрудом, точно такого же цвета, как глаза Триссы. Еще там была серебряная цепочка. Я достал кольцо и надел его на палец девушки — подошло. Фух, а то я волновался.

— Мар…

— Я знаю, — перебил я ее. — Пока ты не можешь его так носить, поэтому носи на цепочке. Как медальон.

Трисса кивнула, немного полюбовалась кольцом, а потом его сняла. Я протянул сквозь него цепочку и надел девушке на шею.

Минут через двадцать мы с Триссой вернулись обратно ко всем. Я зря волновался — никто и не заметил, что нас долго не было. Никто вообще не заметил, что мы куда-то уходили. Даже обидно как-то. Хотя, что с них взять, если даже младшеклассники добрались до профессорских столов. В общем, всем было весело.

Мы с друзьями обменялись подарками, вдоволь наелись, напились, наплясались и разошлись по своим комнатам. Часов эдак в семь утра. К счастью первого Авария был тоже Свободным днем, который мы, впрочем, дружно продрыхли. В общем, нам всем здорово повезло, потому что весь день с неба лилась вода. И никто из волшебников не смог ее остановить.

На следующий день на уроках почти никто нормально не слушал, впрочем, никто нормальнои не преподавал. Ремус таскался за профессором Аваррой как побитая собака, но толку от этого не было.

А потом к нам приехала проверка. Однако мы зря волновались — волшебники из столицы не школяров и профессоров мучили, а погодников. И хоть они ничего не нашли, зато с погодой перестали странности твориться.

А дальше потянулись обычные дни, вот только я старался на уроках пуще обычного. Еще бы! Ведь я пообещал Триссе, что стану ее женихом. А пока мы, как условились, никому про нас не рассказывали, но проводили вметсе так много времени, как только могли.

Так прошли еще две недели и наступило двадцатое Аврария — очередной Родительский день. Бабуля прислала голубя о том, что приехать не может. Врет ведь и не краснеет. Все она может, только не хочет.

К Триссе приехал отец и притащил с собой этого гада Лизариуса. Ух, как у меня кулаки чесались! Но Трисса сказала, что он руки не распускает, а если надумает, то она ему сама хорошенько зубы пересчитает. Я вспомнил «непобедимого» и «великого» Закнариуса и успокоился. Пар и Гэн тоже сегодня были заняты со своими родственниками, так что я шатался без дела. Дело-то у меня было, но я и так оттягивал его как мог. А нужно мне было ни много ни мало — написать Годовую работу по Звездочетству. Нет, это было мне интересно, да и предмет был мой любимый. Но для того, чтобы ее написать, нужно было покопаться в книгах, а для этого нужно было пойти в Библиотеку. Именно это я как раз делать и не хотел. И не лень это — зуб даю! Чтоб мне перед моими деревенскими в бабской юбке сплясать!

Просто в Библиотеке я был всего несколько раз, и последний мне даже вспоминать не хочется. А точнее — страшно. Но тянуть мне было некуда — через три дня сдавать. Поэтому я собрался с духом и пошел… в Столовую.