Книга Горе-волшебник, страница 127 – Алла Касперович

Дама Валенсия обиженно скривила губы и постучала по моей руке сложенным веером.

— Фу, как грубо, молодой человек!

— Как вульгарно! — подхватила дама в зеленом.

— О, да, дама Сезария! — согласился с ней Валенсиус. — Мы просто обязаны превратить этого мужлана в достойного юношу! Дама Витория?

— Да, госпожа? — ответил волшебник в синем халате. — Мне приготовить инструменты?

— Конечно, моя дорогая, конечно. И приготовьте все, пожалуйста. У нас здесь запущенный случай.

Ой, оладка перепеченная, не к добру это. Ой, не к добру!

— Я… это… пойду лучше. Поздно уже…

Я начал пятиться к выходу, но мне дорогу преградили еще две широкоплечие дамы. Только эти уже были не в халатах, а в пышных платьях и без чепцов. Они схватили меня под руки и утащили в комнату, дверь в которую я раньше не заметил из-за расписной ширмы.

— Пар! Помоги! — орал я, но мой друг спокойненько сидел на диване, пил чай и наслаждался печеньем. В мою сторону он даже не глядел. Ну, Пар, погоди! Я тебе еще это припомню!

В комнате меня усадили в большое белое кресло, обивка которого напоминала мне шторы в бабулином кабинете. Зуб даю — такие же! Вот прям так и вижу эти длинные шторы в серебряно-белую полоску, перевязанные серебряными же шнурками с кисточками. Да тут и кисточки такие же были на белой подушке. Вот бабуля разозлилась бы, если б это увидела! Торговец ведь ей чем угодно клялся, что она нигде такой ткани больше не найдет, и ни у кого такой больше не будет. Ну-ну.

Меня развернули лицом к большому круглому зеркалу над туалетным столиком, на котором с одной стороны стояли свечи, а с другой — букет разных цветов в белой корзинке с ручкой. Туда еще несколько спелых колосков пшеницы воткнули. Зачем это? Кто ж еду, пусть и будущую, в букеты сует? Впрочем, чего это я? Как будто пшеница в цветах тут самое странное.

— Не вертись, — пробасила одна из дам.

А я и не верчусь, я выбраться пытаюсь. Да куда уж мне с такими громилами справиться! И почему только хлюпики не могут притворяться женщинами! Нет же, все верзилы! Или это дама Валенсия нарочно себе таких наперсниц подбирала?

— Не будешь сопротивляться — не будет крови, — сказала вторая.

У меня аж холодок по спине прошел. Ну, Пар! Ну, друг называется! Ладно, сегодня я с этим смирюсь. Главное, чтоб никто из знакомых об этом не узнал.

— Вот и молодец. Сиди смирно.

— Ага.

Комнатка была маленькая, вся забитая безделушками. Тут были и статуэтки, и украшения на подставках, очень похожих на маленькие деревья, и разноцветные шарфы, полностью расшитые перьями, и мотки кружева, и просто кусочки кружева, тесемок и лент. А еще здесь все сверкало, как у нас в замке на приеме.

В комнату вошла дама Витория, за собой она тащила что-то вроде шкафа на колесиках. Только у него не было стен, а только верх и вешалки на палке. На них висели всевозможные наряды как для женщин, так и для мужчин.

— Вставай, Марвус! — скомандовала дама Витория. — Раздевайся!

— Чего?! Я не буду.

Дамы переглянулись и вместе двинулись на меня.

Живым не дамся!

Ага, куда мне. Пока одна дама меня держала, другие две снимали с меня одежду. Спасибо еще, что белье оставили! Потом они снова усадили меня в кресло и принялись расчесывать мои патлы. Это заняло у них много времени, и они очень сильно ругались, как не подобает настоящим дамам. А я только злорадно ухмылялся: попробуйте-ка справиться с моими волосами, ни разу нормально не чесанными за тринадцать лет.