Книга Посланница ветра, страница 44 – Алла Касперович

Вопрос хозяйки вывел меня из оцепенения:

— Что Вас привело сюда, Кира?

— А? Вы знаете мое имя?

— Мне доложили.

Точно. Я же сама представлялась дворецкому. Нет, вы только подумайте. Дворецкому! А где дворец? Или хотя бы особняк? У некоторых людей тщеславие, похоже, перерастает в хроническую форму. Женщина уселась на краешек дивана, сложив руки на коленях. Мне же она сесть не предложила, заставив стоять перед ней как нашкодившей школьнице, разбившей любимую вазу строгой учительницы.

— Госпожа Аварра, можно задать Вам несколько вопросов?

— Для Вас я госпожа Вэйлис.

Я постаралась ничем не выдать своего раздражения. По этикету положено обращаться по родовому имени только к высшей знати и преподавателям университетов. А насколько я знала, она не относилась ни к первой, ни ко второй группе.

— Госпожа… — глубокий вдох. — Вэйлис, можно Вам задать несколько вопросов?

Женщина взглянула на настенные часы, на меня и снова на часы.

— Хорошо, — она сказала это таким тоном, будто я, валяясь у нее в ногах и лобызая ее сапоги, выпросила нечто неподобающее моему жалкому статусу. — Только у меня мало времени.

Сообщить мне, чем же она таким важным собралась заниматься, Аварра (ни за что не буду ее по родовому имени в собственных мыслях называть!) посчитала ниже собственного достоинства.

— Не беспокойтесь. Это не займет много времени.

И ведь действительно не заняло. На все мои вопросы женщина отвечала односложно и крайне неохотно. И ровно через десять минут меня выставили за дверь. Спасибо, что хоть без ускоряющего путь пинка. Ладно, мы так просто не сдаемся. Мы не гордые, мы и пошпионить можем.

Дождавшись, когда Аварра выйдет из дома, я осторожно последовала за ней. Благо был еще только полдень, и на улицах было довольно оживленно. Хотя я зря беспокоилась — женщина ни разу не обернулась. Нигде не задерживаясь, моя цель дошла прямиком до здания, где располагался Городской совет. Внутрь я за ней не пошла, рассудив, что куда продуктивнее будет подсмотреть в окно. Однако уже через час я сильно жалела о своем решении. Стоять под нещадно палящим солнцем (я уже сейчас чувствовала, что мой нос скоро начнет облазить) и смотреть на занимающихся рукоделием девушек мне совсем не доставляло удовольствия. Вот я и побывала на собрании Клуба, хоть и не присутствуя на встрече так, как это положено: сидя на невысоком стульчике и с корзинкой для рукоделия в руках.

Со времен моего благородного детства я терпеть не могу пяльцы и мулине. Меня много раз настойчиво, но тщетно пытались обучить столь необходимому для воспитанной девушки занятию — вышивать крестиком. Да кто вообще придумал эту чушь?! Я совершенно ничего не имею против рукоделия. И даже наоборот мне нравится все, что красиво, и вышивка отнюдь не исключение. Но почему я должна это делать? Пусть этим занимаются те, кому это нравится и у кого это получается. Я глубоко убеждена, что человек должен сам выбирать, чем ему заниматься в жизни. Так он хотя бы точно будет знать на границе между мирами, кто виноват в том, что все случилось так и никак иначе.

Больше эту пытку я терпеть не могла, да и смысла в этом не видела. И я отправилась проверять вторую ниточку.

Не везет, так не везет по крупному. Дойдя до лавки, где продавались принадлежности для рукоделия, я уткнулась носом в закрытую дверь, на которой висел кусок пергамента с почти нечитабельными буквами. Почерк был даже хуже, чем мой, чего уж я никак не могла ожидать. В годы моего обучения в Университете магии и ясновидения сокурсники первое время жаловались, что у меня списывать невозможно. Ко второму курсу уже никто не возмущался — привыкли и списывали молча и быстро. В который раз убеждаюсь, что человек ко всему приспособиться может. Кто-то может мне возразить и придумать множество случаев, когда человек окажется бессилен перед обстоятельствами. И я с ним соглашусь, но все равно вера в человеческую находчивость и не подумает покинуть мою перегретую на солнышке голову.