Онлайн книга «Младший сын»
|
— Благослови вас Бог, граф… чем обязан таким вниманием? — Сожалею, что оторвал вас от благих помыслов и чистых размышлений, милорд настоятель… Ах, как они хороши были оба, лицемеры! — Однако не мог не выразить свою признательность лично, — и голову, голову склонил старший братец. — За что же? — Вы много сделали для моего брата, преподобный отец. Вы дали ему приют и отеческую заботу, которой он, к прискорбию, был лишен в родных стенах, вы озаботились его образованием, вы… — Полноте, — отец Джейми улыбнулся улыбкой, какая обычно предвещала выволочку проштрафившемуся. — Я делал только то, что и всегда. Только то, что и для всех… что сделал бы для любого из сирот, вверенных моему попечению. — И это особенно ценно — сознание, что благо вашей заботы не покупается ни властью, ни мирскими соблазнами. Все же я позволил себе — в знак почтения к обители — в свой черед слегка позаботиться о благополучии братии… Теперь я понял, что так споро таскали со двора Босуэлл-корта на подводы сопровождающие молодого графа ребятки. Мука, мед, зерно, вяленая оленина. Адам заплатил отступного! Не прямо, косвенно, от прямой проплаты отец Джейми уклонился бы. И все это богатство, я видел в створе окна, теперь сгружалось довольно потиравшему руки келарю под своды монастырского амбара. — Что ж, премного благодарен. Постриг, — отец Джейми бросил орлиный взор на меня, — по-прежнему через три дня, Джон, считая нынешний, день твоего возвращения. Неимущие Эдинбурга восславят вашу щедрость, господин граф, в час, когда ваш брат родится для жизни истинной… — Так пострига ведь не будет, — прервал его Адам оскорбительно прямо. — Разве я не сказал вам? Я забираю Джона из стен монастыря по собственной и семейной надобности. Упала тишина. Слышно было, как гроздь перезрелой, подмороженной рябины срывается с бурой ветки, вламывающейся в окно, как кровавым пятном летит и ударяется о землю. Наконец отец Джейми, заложив руки за спину, спрятав кисти в рукавах сутаны, словно ему хотелось ударить собеседника, уточнил: — Правильно ли я вас понял, пострига не будет? Смотрел он при этом на меня — так, словно сжигал взором дотла, мне же было совестно поднять взгляд от пола. Я ощущал себя клятвопреступником, воспользовавшимся убежищем, а затем осквернившим его. — Правильно. Такого было желание нашего покойного отца, однако… — Однако сам Джон не далее, как неделю назад, явно выразил мне свою волю покинуть мирскую жизнь! — Ему нет четырнадцати лет, ваше преподобие. Вы не можете постричь его в монахи без согласия опекуна. А я вам такого согласия не давал. Брат духовны й и брат по плоти схлестнулись. — Что ж… граф. Вы лишаете любимого брата жизни благой — ваше право. Теперь — пускай. Но я не хотел бы, чтоб вы стояли между ним и Господом и после того, как он достигнет четырнадцати. Странная у вас семейка — отец стремился постричь, как можно ранее, вы столь же явно упорствуете… — А в четырнадцать — это уж как он сам захочет. Весьма вам признателен за все заботы о Джоне, но сейчас он нужен мне в Хейлсе. Всего доброго! Адам повернулся на каблуках и вышел. Я, помедлив, поцеловав настоятелю руку, пошел за ним. Отец Джейми смотрел нам вслед. За последний год он видел в своей приемной уже второго Босуэлла, и нравился он ему ничуть не больше, чем первый. |