Онлайн книга «Белокурый. Король холмов»
|
— Может быть, — без улыбки, совершенно серьезно вдруг отвечал ему Босуэлл. Рука Роба замерла, он поднял голову, поглядел напротив, в синие глаза своего лэрда. Кажется, он даже не дышал. Несколько мгновений оба молчали, и невероятное напряжение связало их взгляды. Белокурый не шевельнулся и больше не сказал ни слова, и только кадык на горле Робби прошел вверх-вниз, в спазме сухого глотка. Затем Эллиот опустил голову и вернулся к работе. — Готово, — сказал он через минуту, не поднимая глаз. Умное тело, измотанное ранениями и дорогой, все-таки не подвело своего хозяина, хотя кандалы и немилосердно рвали кожу. — Лэрд, ты справишься спуститься сам по веревке? Я пойду первым, на случай, коли что вдруг… Роберт скользнул в окно и пропал, словно его не было вовсе. Патрик ухватился за карниз, повис на нем, с четвертой попытки ему удалось вылезти наружу — взглянув вниз, он увидал черную тень Эллиота, паучьи распластанную на каменной кладке. Роб шел осторожно, нашаривая каждую неровность в стене, втыкая ножи для опоры в щели между камнями. Белокурый выдохнул, закусил губу, когда шестнадцать фунтов отличного железа на запястьях снова дали себя знать, развернулся спиной к своей фортуне, и стал сползать по стене, так же, как Роберт, выискивая ногой место, куда ступить. Веревка резала ладони, как масло, они закровили в первое же мгновение. Казалось, этот спуск не кончится никогда… Оба они прижались спиной к старой стене внизу, переводя дух, с Белокурого градом катился пот, и он не чувствовал октябрьского холода, а Роберт замер, почти не дыша, прислушиваясь. До пресловутой канавы им нужно было еще пересечь часть открытого двора и спуститься на берег с укрепленной стены… не такой высокой и мощной, как башня, но все-таки. — Святые угодники, — прошипел остроглазый Роб в темноту, — да куда же несет-то вас, дураков, навстречу своей смерти? Донжон не охраняли, это верно, но пара праздношатающихся, отдыхающих бойцов, сменившихся с караула, брела от конюшен замка прямо к беглецам. Патрик не успел увидеть, как, но охотничий нож сорвался с руки Эллиота легко, будто ловчий кречет, и один из мужчин упал, даже не успев почувствовать свою смерть. И, прежде чем второй из караульных понял, что к чему, его настиг второй летучий клинок. Две смерти — и ни одного крика, ни даже слова. Роб метнулся к телам забрать ножи, а Патрик — туда, где под крутым, но уже преодолимым обрывом, под укрепленным берегом чернела мутная медленная вода. Он стоял и смотрел, там, где их не могли увидеть сверху, ноги по щиколотку ушли в мокрую прибрежную грязь, впереди мерно рябило, почти без блеска, и плескалось, и пахло соответственно, а кисти рук тяжко тянуло к земле — не хуже груза на шею. С таким не всплывешь… — Держись за плечи, мой лэрд, или я перехвачу тебя под грудь… нам пора. Эллиот появился неслышно у него за спиной, вытирая нож о голенище, пряча его в сапог привычным, неуловимым жестом. Босуэлл мотнул головой: — Нет, Роб, я поплыву сам… Но оба прекрасно поняли, что именно на самом деле имел в виду Патрик. — Ты ранен, Босуэлл, — сказал Робби спокойно и равнодушно. — И руки у тебя скованы. Ты провел без движения больше суток, так что камнем пойдешь на дно в холодной воде. Если до такой степени боишься прикоснуться ко мне, что проще утонуть — пожалуйста. Я не возражаю. |