Книга Развод. Тебе не стоило меня злить, страница 42 – Лея Вестова

Свекровь была одета безупречно — дорогой костюм от известного дизайнера, жемчужные серьги, туфли, которые стоили как моя месячная зарплата в магазине. Она окинула зал оценивающим взглядом, задержалась на мне на секунду дольше, чем на других. В её глазах читалось презрение вперемешку с раздражением.

Судья Морозова вошла точно по расписанию. Строгая, собранная, с внимательным взглядом — таким бывают люди, привыкшие разбираться в сложных ситуациях.

— Дело о разделе совместно нажитого имущества и взыскании алиментов, — объявил секретарь. — Истец — Светлова Елена Сергеевна, ответчик — Светлов Константин Андреевич.

Заседание началось. Савельев чётко изложил наши требования — взыскание половины от незаконно снятых со счёта денег, алименты на ребёнка в размере четверти доходов ответчика, компенсация морального вреда. Всё по пунктам, со ссылками на документы и статьи закона.

Зотов в ответ разворачивал привычную защиту — говорил о том, что денежные средства были заработаны в основном ответчиком, что истец не имеет права на их половину, что размер алиментов должен определяться исходя из реальных потребностей ребёнка, а не амбиций матери.

— Мой доверитель готов выплачивать алименты в фиксированной сумме — пятнадцать тысяч рублей ежемесячно, — заявил он. — Этого более чем достаточно для содержания четырёхлетнего ребёнка.

Пятнадцать тысяч. При том что официальная зарплата Кости составляла восемьдесят тысяч, а реальные доходы — гораздо больше. Четверть от заявленного дохода — двадцать тысяч. Они пытались сэкономить даже на собственной дочери.

— Что касается денежных средств, снятых со счёта, — продолжал Зотов, — то они были потрачены на семейные нужды. Автомобиль приобретался для совместного пользования, просто оформлен на мать ответчика по техническим причинам.

Техническими причинами он называл попытку вывести имущество из-под раздела. Цинизм поражал даже меня, привыкшую к их методам.

Судья внимательно изучала документы, задавала уточняющие вопросы. На банковских выписках чётко видно — деньги сняты без согласия второго владельца счёта, потрачены на покупку, не имеющую отношения к семейным нуждам.

— Ответчик, поясните, почему истец не была уведомлена о снятии денежных средств? — обратилась к Косте судья.

Он замялся, нервно поправляя галстук:

— Это была… спонтанная покупка. Хорошая скидка, ограниченное предложение. Не было времени согласовывать.

— На миллион двести тысяч рублей? — уточнила судья.

— Ну… да, — он покраснел, понимая абсурдность объяснения.

Процесс продолжался два часа. Заслушивали показания свидетелей, изучали документы, выясняли размер доходов ответчика. Постепенно становилось ясно — право на моей стороне. Зотов пытался манипулировать фактами, но факты — упрямая вещь.

Наконец, судья объявила перерыв для вынесения решения. Мы вышли в коридор, и тут началось самое интересное.

Людмила Викторовна подошла ко мне первой. Лицо её было искажено злостью, глаза горели ненавистью. Рядом прятался Костя, выглядевший растерянно и испуганно.

— Думаешь, выиграла? — прошипела свекровь, подойдя вплотную. — Наивная дурочка. Это только начало.

— О чём вы говорите? — спокойно спросила я, с вызовом посмотрев на бывшую свекровь.

— Мы обжалуем любое решение, — голос её становился всё громче, привлекая внимание других посетителей суда. — У нас есть связи в областном суде, в верховном суде. Мы будем тягать тебя по инстанциям, пока ты не сдохнешь.