Книга Развод. Тебе не стоило меня злить, страница 43 – Лея Вестова

Костя попытался её урезонить:

— Мама, тише, здесь люди…

— Пусть слышат! — она уже почти кричала. — Пусть знают, что значит идти против семьи Светловых! Мы уничтожим тебя, твою жалкую работёнку, твою жизнь! У нас есть возможности, связи, деньги!

Она подошла ещё ближе, и я почувствовала запах дорогих духов, смешанный с алкоголем — видимо, свекровь пила с утра, готовясь к заседанию.

— И вообще, — продолжала она, понизив голос до зловещего шёпота, — мы знаем, где ты работаешь. Знаем твою подружку Марию, её складик, её клиентов. Как думаешь, долго продержится её бизнес, если к ним начнут приходить налоговая, пожарные?

— Мам, — вмешался Костя, — может, не стоит…

— Молчи! — рявкнула она. — Ты вообще довёл дело до суда! Нужно было сразу поставить её на место!

Потом он повернулся ко мне, и в его взгляде я увидела то же самое — злость, обиду, желание причинить боль:

— Лена, мы серьёзно. Если ты не отзовёшь иск, не откажешься от алиментов — пожалеешь. У нас есть рычаги воздействия, о которых ты не подозреваешь.

— И какие рычаги? — я старалась говорить спокойно.

— А твоя новая работа? — он усмехнулся. — Думаешь, мы не знаем про твоё партнёрство с Марией? Один звонок в налоговую — и у неё будут такие проверки, что она в жизни своей больше не захочет заниматься бизнесом.

Людмила Викторовна кивнула, довольная эффектом:

— А ещё мы знаем, где ты живёшь, где дочка в садик ходит. Может, стоит поговорить с заведующей? Рассказать, какая ты нерадивая мать, как судишься с бывшим мужем из-за денег?

Это уже было слишком. Угрожать мне — одно дело. Но втягивать в это Алину…

Я глубоко вздохнула, почувствовав, как внутри что-то щёлкает. Тот механизм, который включается, когда заканчивается терпение и начинается ярость. Спокойная, холодная, расчётливая ярость.

— Знаете, Людмила Викторовна, — сказала я, доставая из сумки небольшой конверт, — я тоже кое-что знаю. Вот, например.

Я протянула ей конверт. Она машинально взяла его, вытащила несколько листов. По мере чтения лицо её бледнело, а глаза расширялись от ужаса.

— Это… откуда у тебя… — прошептала она.

— Фиктивные сделки с недвижимостью, — спокойно перечисляла я, — откаты по муниципальным подрядам, сокрытие доходов через офшоры. Интересное чтение, не правда ли?

Костя выхватил бумаги из рук матери, быстро пробежал глазами. Лицо его стало землисто-серым.

— Где ты это взяла? — прохрипел он.

— А вы знаете, что за фиктивные сделки с недвижимостью дают до семи лет? — продолжала я, не отвечая на его вопрос. — А за откаты по государственным контрактам — до пятнадцати? А за особо крупное уклонение от налогов — до шести лет плюс конфискация имущества?

— Это… это подделка, — попыталась возразить свекровь, опускаясь на скамейку, как подкошенная. — Никто тебе не поверит.

— Людмила Викторовна, — я присела напротив неё, глядя прямо в глаза, — у меня есть не только копии документов. У меня есть показания свидетелей. Банковские выписки. Записи телефонных разговоров. Достаточно материала, чтобы посадить вас всех на очень долгий срок.

Костя метался между нами, не зная, что сказать:

— Лена, это… мы можем договориться…

— О чём договориться? — я встала, расправляя плечи. — О том, что вы больше не будете угрожать мне и моей дочери? О том, что примете решение суда без попыток его обжаловать? О том, что оставите нас в покое?