Книга Вернуть семью. Шанс на любовь, страница 71 – Кэти Свит

Но моя мышка ничего не говорит. Лишь просовывает голову между сидений и прижимается ко мне.

— Все будет в порядке, — произношу твердым голосом. Хоть прекрасно понимаю, что, возможно, делаю это зря.

Если я сейчас подарю Маше надежду, а потом суровая реальность все разрушит. Не знаю… Не возненавидит ли она меня после этого?

— Я очень надеюсь, что бабушка справится, — шепчет. Рукав футболки промок от ее слез.

— Она должна справиться, — подбадриваю. Только вот кого именно, ее или себя, без понятия. Наверное, обоих. — Она у тебя очень сильная! Ты вся в нее.

— Угу, — утыкается лицом мне в плечо.

Хорошая дорога прекращается, и мы выезжаем на грунтовку. Мне приходится тщательнее следить за тем, что под колесами.

Застрять или завязнуть в грязи сейчас вовсе не к месту. Нам нужно как можно быстрее добраться до места. Счет идет на минуты, если не на секунды, блин!

Проезжаем мимо садовых товариществ, находим нужное. Проезжаем по секторам.

Все же память — удивительная штука! Я не был на даче Машиной бабушки сотню лет, а помню дорогу. До сих пор!

Останавливаемся напротив невысокого деревянного забора. Рядом с калиткой уже стоит большой вместительный внедорожник. Андрей.

Кидаю машину прямо посреди проезжей части. Сейчас поздно, кроме нас ненормальных в округе нет.

— Сиди здесь, — строго обращаюсь к Маше.

Она хочет воспротивиться, но я не позволяю даже слова сказать.

— У тебя маленький ребенок спит, — показываю на Леву. — Если он проснется и начнет плакать, то кроме тебя кто его успокоит? М? — кидаю на нее такой взгляд, что она прикусывает язык.

— Хорошо. Я останусь, — произносит покорно. — Только, пожалуйста, спасите ее.

Голос дрожит.

— Спасем, Маш, — говорю. Если там еще есть, кого спасать…

С тревожным сердцем и с двумя пакетами, полными медикаментов, прохожу сквозь снятую с петель калитку и отправляюсь прямо в дом.

— Есть кто живой? — спрашиваю переступив порог. Тревожно.

— Живы все, — откликается Андрей. Выдыхаю. — Но медицинская помощь нужна.

Проверив в очередной раз Левушку и убедившись, что малыш крепко спит, выхожу из авто. Не могу и дальше находиться далеко от бабушки. Я должна ее увидеть!

Мне нужно убедиться, что с ней все в порядке и опасность осталась позади. Как бы меня не заверяли мужчины, я должна увидеть бабулю своими глазами!

Осторожно, чтобы не раздался хлопок и Левушка не проснулся, закрываю дверь. Жду несколько секунд рядом, стою затаив дыхание. Спит.

Выдыхаю. И со всех ног бегу к дачному домику.

Пробираюсь по высокой траве ко входу, перешагивая через порожки, поднимаюсь на крыльцо, распахиваю дверь и… застываю на пороге. За ней раздаются мужские голоса, бабушку не слышно.

Сердце камнем падает вниз. Мне очень тревожно, хочется плакать, но я не позволяю себе расклеиваться раньше времени.

Раз Леша сказал, что бабуля живая, значит, она жива. Я ему верю.

— Маша? — Первым меня замечает Андрей.

— Где она? — задаю единственно важный на данный момент вопрос. Не до приветствий сейчас и не до светских бесед.

— Здесь, — говорит, озабоченно показывая на комнату, где горит свет.

Не слушая его дальнейших слов, залетаю в комнату, вижу лежащую на кровати бабулю и бегу к ней. Беру за руку, плачу.

— Бабушка, бабушка, — зову. Слезы льют градом из глаз.