Книга Случайная беременность. Наследник магната, страница 64 – Кэти Свит

Понятия не имею, как ей удалось пробраться не просто под кожу, а под отращенную за годы жизни в “высоком” обществе броню. Я хочу быть с ней. Хочу видеть ее искренние взгляды, слышать не поставленный выдавленный хохоток, а громкий заливистый смех.

Я хочу жить для нее.

— Спорим, ты мне все равно ничего не сделаешь, – заявляет, в открытую издеваясь.

Она буквально наслаждается моим бессилием. Упивается им.

— Ты сейчас серьёзно?! – одариваю её свирепым взглядом. Злость бушует в груди, я снова взбешен.

Я не привык, что моё решение подвергают сомнению. Я не приучен получать отказ. Все вокруг делают лишь то, что я захочу.

Все. Но не Марья.

Она одна с нежной ласковой улыбкой на губах разбивает выстроенный мною на протяжении многих лет миропорядок. В прах.

— Похоже, кому-то срочно нужен успокоин, – вредина продолжает издеваться. Видит, что доводит до ручки, понимает, что я ничего ей не сделаю, и продолжает феерично играть на моих нервах. Мастерица, твою мать!

Шумно вдыхаю. Крепче стискиваю кулаки.

— Ты выйдешь за меня, – высказываюсь жестко. – Наш ребенок родится в браке.

— Чтобы ты его потом у меня забрал? Ну уж нет! – фыркает, скрещивая руки на груди.

Упирается. Силой не сдвинуть.

Как убедить ее, что брак - самый безопасный и лучший вариант для нее?

— Демьян, я ведь прекрасно понимаю, что тебе от меня нужен исключительно ребенок, – говорит, четко удерживая зрительный контакт. Она не собирается его разрывать, и это меня в очередной раз удивляет.

Когда я уже привыкну, что Марья не такая, как все?

— Допустим, – не спешу ее переубеждать. Я еще сам не привык к мысли, что Марья для меня значит гораздо больше, чем хотелось бы. А уж признаваться в этом - явно перебор.

— Если он родится в браке, то при расторжении мы с тобой будем в равных правах. С учетом твоих финансовых возможностей, ни один суд мира мне малыша не оставит. А ему, между прочим, будет нужна мама, – заключает с важным видом. – Именно мама, а не квалифицированная няня, профессиональный водитель и прочее по списку.

Марью аж потряхивает от эмоций.

А я ведь обещал Афанасьеву, что не буду ее волновать.

Соврал, выходит.

— Пойми, этот ребенок мой ровно такой же, как и твой, – делает очередную попытку до меня достучаться. – Я его люблю. Я его чувствую гораздо лучше, чем ты сейчас, – ласково гладит свой живот.

Ее взгляд наполнен неимоверной любовью. У меня аж дыхание сбивает от той нежности, что исходит от Марьи.

Не готов я оказался к подобному… Не готов.

— Ты богат. Перед тобой открываются все двери. Тебя слушают, тебе подчиняются, – продолжает говорить. – А я всего лишь обыкновенная скромная женщина. У меня нет никаких высоких наград, заслуг и прочего, но, поверь, никто на всем белом свете не будет любить твоего ребенка сильнее, чем люблю его я.

Слова Марьи пробирают до самого центра груди.

Они попадают прямо в цель.

Бьют наотмашь.

— Разлучив нас, ты совершишь самую большую ошибку в своей жизни, – озвучивает то, что я уже понял и сам. – Ребенку нужна мама. Я не суррогатная, я настоящая, – голос дрожит. Я сижу, едва дыша.

Шевелиться не смею.

— Позволь мне остаться мамой для нашего малыша, – голос с надрывом вырывает сердце из груди, терзает его и причиняет невыносимую боль. Воздуха не хватает. – Позволь принимать участие в его жизни. Позволь просто быть.