Книга Без измен. Покорю твое сердце, страница 30 – Кэти Свит

Максим мог поскользнуться, упасть, а затем при попытке подняться, еще раз поскользнуться и снова упасть, ведь это бассейн, там мокрый кафель и всегда скользко. Если бы не любовь сына к спорту, то давно б забрала оттуда его.

Но Ваня непоколебим. Он наотрез отказался бросать спорт, а от перевода в другую секцию отказался. Сын заявил, что останется со своими друзьями и будет выступать за тот клуб, который его вырастил.

Первое взрослое и серьезное решение моего мальчика. Оспаривать его я не стала, а так же не стала ломать и делать все по-своему. Я ведь воспитываю мужчину, а не подкаблучника без собственного мнения.

Пусть мне сейчас не легко, но мой сынок вырастет настоящим мужчиной. В отличие от своего отца, Ваня будет ценить то, что у него есть.

— Ты сама-то веришь в то, что говоришь? — спрашивает у меня с издевкой во взгляде. — Можешь представить, чтобы опытный пловец, который полжизни провел в этом бассейне и сможет с закрытыми глазами пройти по бортику и не свалиться в воду, вот так несколько раз поскользнуться и упасть?

Хмурюсь. Отворачиваюсь к окну и отказываюсь углубляться в подобные рассуждения. Мне совершенно не нравится то, к чему они ведут.

Потому что Бессонов прав. Макс с закрытыми глазами пройдет по бортику, проплывет по дорожке и дойдет до душевой, ни разу не споткнувшись и уж тем более не упав. Потому что он в этом бассейне с четырех лет, он за девять лет выучил каждую царапину и каждую ямку, знает каждый сантиметр и без труда сможет все нарисовать.

— Слава, не нужно бросаться подобными обвинениями, — старательно пытаюсь отмахнуться от того, что произошло.

Это не мое дело. Пострадал не мой ребенок. С моим ребенком все хорошо.

Да, может быть, я веду себя как полнейшая эгоистка, но моя нервная система на грани срыва и не выдержит, если на нее хоть немножечко надавить.

У Максима есть мать. Она работает в медицине и сможет организовать для сына консультацию у лучших врачей.

Бессонов смеряет меня весьма красноречивым и многозначительным взглядом, хмыкает и осуждающе качает головой.

— Всегда нужно оставаться человеком, Таисия, — говорит, не скрывая своего негативного отношения к моей пассивной позиции. — Поверь, чужое горе очень быстро может перестать быть чужим.

— На что это ты намекаешь? — возмущенно поворачиваюсь к нему. — Ваня не мог избить Максима! Они друзья! — вспыхиваю.

— Хочешь сказать, что на тренировке помимо их двоих никого не было? — лукаво косится. Он всем своим видом показывает, что знает гораздо больше меня.

— Команда ушла в душ, — озвучиваю то, что узнала от сына. — Максим с Ваней из-за пробок опоздали на тренировку, и поэтому тренер сказал им плыть дополнительных десять кругов.

— Хороший тренер, — скептически хмыкает Слава.

— Ване нравится, — кидаю в ответ. — Денис Сергеевич — сильный тренер. Он сделает из ребят чемпионов.

— И много у него чемпионов выросло? — Бессонов снова одаривает меня красноречивым взглядом.

— Есть парочка, — отмахиваюсь от него.

Я не хочу продолжать неприятную для себя тему, ведь Михайлов за годы работы зарекомендовал себя как хороший тренер, к нему со всего города едут и мечтают попасть в команду. А Ваня и Макс уже пять лет как в ней.

— Слав, я понимаю, к чему ты клонишь, но Денис Сергеевич не допустил бы ничего подобного, — продолжаю отстаивать свою точку зрения. — Максим и Ваня — одни из его лучших пловцов, они готовятся к соревнованиям, и выводить из строя своих сильнейших ребят ни один тренер не станет.