Книга Мой сводный Б.Е. С, страница 80 – Кэти Свит

Я напрягаюсь. Беспалов так говорит неспроста. Пока я мирно спала, произошло что-то очень плохое. Только, блин, что?!

— Женя, что случилось? – спрашиваю у него.

— Не важно, – отмахивается. – Ты просто сиди здесь и все. Хорошо?

— Нет, – встаю в позу. – Что случилось? Скажи мне, – прошу его. – Я должна знать. Ты сам понимаешь.

— Должна, – проходит вглубь комнаты, ерошит волосы на голове. Взгляд обречен. – Все рано выяснишь правду, – недовольно поджимает губы. – В спальню к Ваньке прилетел кирпич с запиской.

Мне совершенно не нравится его взгляд. Напрягаюсь. Готовлюсь к самому худшему, что может быть.

— Что там? – спрашиваю побледневшимы губами. Не отрываю от Беса взгляд.

— Твой брат у моего отца, – произносит печально. – Он нашел его раньше меня.

Блин…

Сажусь на кровати. Меня всю не просто колотит, меня бьет крупная нервная дрожь.

— Что в записке, Женя? – смотрю на Беспалова. Он молчит. – Ну же! – нервы не выдерживают. Срываюсь. – Говори!

Бес тяжко вздыхает, бросает на меня обреченный взгляд.

— Мой отец требует, чтобы ты вернулась в его дом. В этом случае он обещает, что отпустит твоих родных, – произносит бесцветным голосом.

— А если я не приеду, то? – спрашиваю. Но, кажется, и без пояснения Жени знаю ответ.

— Да, – кивает. – Именно то, что ты думаешь, – говорит устало. – Дина, послушай, – садится напротив, заключает мои ладони в свои. – Я согласился сделать тебя наживкой. Уверен, еще сотню раз пожалею об этом, но другого варианта у нас нет. Я все понимаю, – вздыхает. – Прошу тебя. девочка моя, не нужно отправляться в дом, – его голос с надрывом пробирает до самого основания души. – Ты оттуда живой не выйдешь. А я лишусь еще одного любимого человека.

Взгляд Жени полон боли и страха. Он в отчаянии. Смотрю на него и… понимаю, что не готова так рисковать.

— Ты меня любишь? – спрашиваю с печальной улыбкой.

Самое время задать этот вопрос.

— Да, – отвечает с полной уверенностью. – Поэтому и прошу. Останься со мной. Пожалуйста.

Мы молчим. Смотрим друг на друга. Но никто первым не нарушает хрупкую тишину.

— Я не поеду, Жень, – произношу вздыхая. – Я останусь здесь, – обещаю ему.

Не проходит и секунды, как оказываюсь в крепких объятиях. Женя прижимает меня к своей груди. Находит мои губы своими губами, впивается в них поцелуем полным боли и отчаяния. Он горит. Я горю.

Отпускаем себя. Принимаем друг друга. Выпускаем наружу всю нашу любовь. Он для меня – все! Я хочу быть с ним. Я готова. И совершенно не хочу отступать.

Забываем о проблемах и бедах, упиваемся любовью. Дышим ей. Состоим из нее.

Горячие поцелуи, жаркие объятия, нежные ласки и невероятная чувственность. Весь мир вокруг нас испарился. Остались лишь он и я.

Делаю глубокий вдох. Набираю полные лёгкие воздуха, на пару мгновений задерживаю дыхание и… выхожу в зал.

Сейчас около десяти часов утра, здесь особенно пустынно. Завтрак закончился, до обеда еще далеко. Любители прогуляться по городу и посидеть в кафе начнут приходить значительно позже.

Неустанно прокручиваю в голове наставления от следователя, слова Жени. Но до конца так ни разу не дохожу. Мысли то и дело перетекают в совершенно другом направлении, подсовывая наше замечательное утро.

Тело слегка поднывает, так непривычно. Местами чувствую легкую боль. Но внутри я ликую, чувствую небывалую легкость. Как же влюбленной и счастливой быть хорошо!