Книга Я родила от вашего мужа, страница 22 – Полина Рей

— Да, Вениамин был нетрезвым и выпил ещё, – кивнула я. – Скажите, Алексей, а про Алёну нет никаких известий? – спросила я у майора.

Тот приподнял бровь и посмотрел на меня с удивлением. Я поняла, что что-то упускаю. Вернее, имеется нечто, о чём я пока не знаю.

— А вам Вениамин Сергеевич не сообщил, что мать Никиты нашлась? – спросил Киселёв, бросив быстрый взгляд на моего мужа.

Меня окатило волной, схожей с ледяным цунами, которое имело просто экстремальные по ощущениям температуры. Алёна нашлась… и что? Я даже грешным делом быстро нарисовала себе в воображении картину того, как кукушка иногда забегает на огонёк проведать своего сына. И хотя прошло всего-ничего с момента, как она притащила сюда Никиту, фантазии на данную тему у меня развились бурные.

— Нет, не сообщил, – взглянула я испуганно на Веню.

Так вот зачем ему нужен весь дом! Он притащит сюда свою гром-бабу…

Муж поджал губы и делал вид, что увлечён заботой о ребёнке. Снова вынув его из коляски, он начал кормить младенца из бутылочки.

— Алёна Дмитриевна позвонила сама, – проговорил Киселёв спокойным голосом. – Сказала, что подавать её в розыск смысла нет, она никуда не исчезала. И что ребёнка забирать она не планирует. А через пару дней приедет, чтобы заняться продажей своего дома.

Он посмотрел на меня каким-то странным взглядом, и мне стало окончательно не по себе. Скоро Алёна вернётся и, конечно, муж побежит к ней.

И, скорее всего, история закончится счастливым воссоединением. Только почему мне до сих пор так больно? И как уже избавиться от этого ужасного смертельного чувства, будто меня растоптали и вышвырнули прочь, как ненужную ветошь?

— Вот как приедет, так я ей ребёнка и всучу, – зло проговорил Веня.

— Да? – хмыкнула я, нацепив маску, прятаться за которой было не слишком комфортно, но она хотя бы помогала мне выжить. – А недавно заливал, что вам с Никитой нужен этот дом, поэтому ты на него претендуешь.

Первым делом, как только мы с дочками вернёмся в город, я подниму на уши всех знакомых, чтобы обзавестись лучшим адвокатом. Я плохо представляла себе, что именно нас ждёт. Как судья станет делить имущество, и не обяжет ли нас продать дом и квартиру. Хотя, насколько мне не изменяла память, заставить кого-либо насильно избавиться от нажитого было невозможно.

Среди наших друзей разведённые пары имелись, но они расходились тихо, мирно… светски. Так, как у нас с Хлебниковым уже вряд ли получится, учитывая исходные данные.

— Если мне не удастся вернуть матери ребёнка – да, Даша. Нам с сыном будет нужен этот дом, – с нажимом сказал муж.

Внезапно мне пришла в голову мысль – а уверен ли был Веня в том, что Никита действительно рожден от него? Таить эти сомнения в душе я не стала. Приподняла бровь и поинтересовалась:

— Ты хотя бы сделал тест ДНК, чтобы убедиться в том, что это твой ребёнок, Веня?

На лице мужа появилось такое выражение, что оно сказало мне лучше всяких слов – никаких анализов Хлебников не сдавал. Он на слово поверил Алёне в том, что она навешала ему на уши.

— Он… мой, – ответил Вениамин, но как-то неуверенно.

Вскочил, уложил засыпающего Никиту на диван и стал рассматривать его со всех сторон. Будто в зрение Вени был встроен врожденный рентген, способный безо всяких ДНК дать ответы на нужные вопросы.