Книга Сосед с прицепом, страница 36 – Анна Мишина

— Надя! — восклицает она. — Эти линии…

— Любая сказочная история начинается с двери, да? Открывается дверь, и мы попадаем…

— Дверь?

— Открыв дверь… — иду к входной двери и показываю на стену, — вот тут. Начнем с опушки леса. Это будет не просто стена, понимаешь, да? Это вход в сказочный лес. Вековые деревья, сказочные, как стражи. Сквозь листву пробивается свет.

— Так, а что там, в глубине зала? — спрашивает она с интересом.

— Это будет Сердцевина. Место, где все истории встречаются. Слева я нарисую не просто теремок, а целый Город Сказок, но в деталях. Там будут и луковичные купола, и черепичные крыши из пряника, и флюгера в виде жар-птиц. Справа — Море-Окиян, тихое и глубокое, с волнами, как завитки старого письма. А по самому центру…

— Та-а-ак?

— По центру будет расти Древо. Не яблоня и не дуб, а Древо Сюжетов. Вместо плодов на его ветвях — символы: хрустальная туфелька, волшебное зеркальце, перо Жар-птицы, цветок папоротника… А у самых корней, среди травы, будет притаился тот самый Клубочек. Он будет указывать путь в дальний угол, к уютным диванчикам.

— Боже, гости будут их искать, считать! Это гениально! А стена за стойкой? Я хочу, чтобы бариста тоже чувствовали волшебство.

Поворачиваюсь к барной стойке:

— Это будет Исток. Родник, из которого сказки берут начало. Там будет русалка — не Ариэль, а та, что в песнях, с длинной косой. Будет печь, похожая на древний очаг, и кот, ну, тот самый, ученый, который ходит по цепи кругом. Всё в приглушенных, будто выцветших от времени, но теплых тонах. Чтобы эспрессо-машина смотрелась среди этого как современный артефакт.

— Знаешь… Я думала о красивых картинках. А ты рисуешь карту. Карту внутреннего мира. Ты изображаешь не сцены, а путешествие. Путь, который каждый может совершить, не вставая со стула.

— Сказка — это не декорация. Это состояние. Моя задача — дать пространству дышать этим состоянием. Краски будут слоями, лессировками, как старые фрески, но с бликами — вот тот хрустальный башмачок будет едва заметно сиять, а перо — переливаться.

— Я и не надеялась найти художника. А нашла волшебницу-проводника. Когда сможешь приступить к работе?

— Напишу, что мне нужно будет для работы. И как только всё будет, смогу приступить, — заверяю, сама не веря, что проект так понравился.

— Супер! — хлопает в ладоши. — Сейчас организую кофе и что-то вкусненькое, — говорит загадочно и убегает.

А я расслабляюсь. Сама не заметила, как увлеклась рассказом, совершенно выкинув из головы ситуацию с машиной и Лёней.

*Роман*

Дождавшись, когда Надя зайдет в здание, сажусь в машину и выезжаю на дорогу. До дома отсюда пять минут езды. Хочу осмотреть место. Заодно подумать.

Въезжаю во двор и ставлю машину на привычное место. Оглядываюсь по сторонам, фиксирую обстановку, и направляюсь туда, где стояла машина Нади. Знаю точно, камер во дворе нет. А вот на выезде на проезжую часть — должны быть. Значит, первичную ориентацию по времени и направлению получить можно. Так что будет видно, уехала ли она своим ходом или ее эвакуировали. Если повезет, и маршрут прослеживается, можно будет выйти на конечную точку. Но это был бы подарок. Чаще цепочка обрывается, и приходится искать по периметру.

Останавливаюсь, разглядывая место. Что могу сказать? Да ничего. Следы давно заметены. Вместо машины — приличный слой снега. Когда именно ее забрали, предположить сложно. Но точно не сегодня и не ночью. И, скорее всего, даже не вчера.