Книга На кого ты меня променял?, страница 5 – Амелия Борн

— Замолчи и не смей больше говорить об этом! — зазвенел мой голос. — Ты не имеешь никакого права лезть в то, что касается только нас с Артемом! И если посмела забраться в трусы моего мужа, то ты шлюха, мама!

Нас явно слышали все сотрудники офиса. Пусть… Пусть знают, с кем им приходится работать, встречаться в коридорах рабочего пространства и ездить в командировки…

И до меня только теперь стало доходить — все те разы, что Артем направлялся по делам в другие города и страны, его могла сопровождать моя мама!

Она, услышав то, что я выкрикнула, и бровью не повела. Лишь поднялась с дивана, послав Артему взгляд из разряда: не лезь, я сама разберусь. Потом неспешно направилась в мою сторону. И когда я стала следить за ее приближением, у меня внутри все инстинкты завопили лишь одно:

«Беги, Аня! Как можно дальше от этой парочки, пока не поздно!»

— Повтори, что ты сказала, — велела мне мать, подойдя сбоку.

Она уперла руки в бока и теперь зависла рядом со мной немой фигурой, источающей такие угрожающие флюиды, что у меня даже во рту пересохло. Но я не стану бояться. Особенно в данной ситуации, в которой являюсь пострадавшей стороной.

— Диана, Аня… Давайте просто поедем домой и поговорим, — сказал Артем, но как-то неуверенно.

Я же поднялась из кресла Роба и сделала то, что просила мать. Повторила четко и раздельно:

— Ты шлюха, мама. Грязная, бесчестная, шл…

Она размахнулась и влепила мне пощечину так молниеносно, что я даже отстраниться не успела, хотя и предвидела такое развитие событий.

Голова моя мотнулась в сторону, кожа вспыхнула болезненным жаром, но ничего предпринять в ответ я не успела.

Дверь кабинета распахнулась, на пороге возникла внушительная фигура Лаврентьева, и следом прогромыхал его голос:

— Что здесь происходит?

Он не стал ждать ответа и вдруг поступил так, как я не ожидала. Подошел ко мне размашистым шагом, взял за плечи и развернул лицом к себе. На меня воззрились темные глаза, полные неподдельной тревоги, от чего я жалобно всхлипнула, потому что держалась из последних сил. И понимание, что хоть кто-то проявил ко мне внимание и заботу, пусть и столь незначительно, позволило мне хоть ненадолго дать волю своим истинным чувствам.

А они были жуткими. Я ощущала себя уничтоженной, раздавленной, растоптанной… Убитой руками моих самых близких и родных людей. Причем — с особой жестокостью.

— Диана, я повторю свой вопрос: что здесь происходит? — процедил Роберт, впившись взглядом в лицо моей матери.

Наверняка на щеке моей уже расцвел след от выписанной оплеухи. Что ж, мама-шлюха, давай, расскажи боссу Артема, почему ты наградила дочь пощечиной, когда услышала правду?

— Происходит то, что касается только меня, моей дочери и зятя, — отчеканила мама, сложив руки на груди.

Лаврентьев меня отпустил, но встал так, что я оказалась за его спиной. Как будто он хотел показать, что станет защищать меня ото всех.

— Именно потому, что меня это не касается, вы и выбрали для переговоров мой кабинет? — язвительно уточнил Роберт, на что я фыркнула и сдала братцев-кроликов с потрохами:

— И не только для переговоров! Я застала маму и Артема трахающимися на твоем столе, Роб!

Сахин побелел и обжег меня взглядом, полным ненависти. Такой явственной, что у меня даже дыхание перехватило. Чего ожидать от мужа, когда мы с ним окажемся наедине, я даже представлять не хотела. Но то, что ничего хорошего я не увижу, знала уже сейчас.