Книга Отец подруги и его брат. Наш общий секрет, страница 11 – Дарья Рoманова

Артём окинул помещение беглым, оценивающим взглядом, как будто проверял периметр на безопасность.

— Раздевалка там, за ширмой. Я принесла несколько вариантов одежды, но, думаю, начнём с самого простого — чёрные облегающие шорты и майка. Нужно показать форму, но без излишней откровенности. Пока что.

Он кивнул и направился за ширму. Я бросилась настраивать камеру, проверять свет. Руки слегка дрожали. «Спокойно, Наташа. Профессионал. Ты профессионал», — твердила я себе мысленно.

И вот он вышел.

Мой профессиональный взгляд мгновенно всё оценил и… обомлел. Вчера, в костюме, он был впечатляющ. Сегодня, в простом чёрном трикотажном комплекте, он был… невероятен. Майка, сидевшая как влитая, обрисовывала каждый контур мощного торса, мышцы спины и груди. Шорты, короткие и облегающие, подчёркивали бёдра и сильные, рельефные ноги. Это было тело атлета — функциональное, живое, дышащее силой. Я сглотнула комок в горле. Прямо вот слюна пошла, серьёзно. Пришлось сделать вид, что я что-то настраиваю на объективе, чтобы скрыть своё смущение.

— Ну что, командир, — сказал он, подходя к фону. — Куда вставать и что делать?

Голос его был спокоен, но в позе читалась лёгкая скованность. Человек действия, оказавшийся в роли объекта. Это было даже мило.

— Для начала просто встань вот здесь, под свет, — указала я, взяв камеру. — И расслабься. Не пытайся специально напрягать мышцы или принимать позы из журналов. Просто стой. Дыши.

Он встал, скрестил руки на груди. Получился суровый охранник у входа в элитный клуб.

— Э-э-э, нет, — засмеялась я, глядя в видоискатель. — Руки опусти. Просто вдоль тела. Представь, что ты стоишь на краю обрыва и смотришь вдаль. Не на меня, а чуть выше, за камеру. В будущее.

Он послушно опустил руки, изменил угол головы. Но взгляд оставался слишком жёстким, слишком аналитическим.

— Артём, ты же не подозреваемого допрашиваешь, — не выдержала я. — Взгляд должен быть уверенным, но не леденящим. Немного отстранённым. Ты выше этой суеты. Ты достиг того, к чему шёл.

Он медленно перевёл взгляд на меня, и в его глазах что-то изменилось. Ледяная стена дрогнула, уступив место спокойной, внутренней силе. Щёлк.

— Да! Вот так! Отлично! — я начала снимать серией, двигаясь по полу на корточках, меняя ракурсы. — Теперь медленно повернись ко мне боком. Да, смотри прямо перед собой. Руку можно на пояс. Нет, не так жестко… Ладно, давай просто опусти её вдоль тела.

Он двигался немного деревянно, как робот, но послушно. Я ловила моменты, когда он на секунду забывался, и его естественная, хищная грация прорывалась наружу. Вот он поправил майку на плече, и мышцы спины сыграли под тканью волной. Щёлк-щёлк-щёлк.

— Ты в спортзале бываешь? — спросила я, чтобы расшевелить его, заставить думать о чём-то другом.

— Редко. В основном функциональные тренировки, — ответил он, и его лицо на мгновение оживилось. — Работа не позволяет расслабляться.

— Понимаю. Видно, — пробормотала я, снимая крупный план его плеч и шеи. — А что, скажем, для тебя значит сила? Не физическая, а вообще.

Он задумался, его взгляд ушёл внутрь себя. Это было то, что нужно. Лицо стало сосредоточенным, мудрым. В уголках глаз залегла сеточка морщин — не от возраста, а от привычки щуриться, всматриваться. Щёлк.