Книга Тайная любовь короля, страница 6 – Таша Алферьева

— Проклятый дождь, — проворчал Любим, один из артефакторов, сбрасывая под навес охапку хвороста. — Нет, чтобы пролиться весь и сразу, так зарядил, похоже, надолго.

— Зато отоспимся как следует, — зевнул целитель Вилен — полный добродушный парень.

Второго артефактора — нелюдимого молчуна — звали Евген. Разве что Дэйна могла растормошить его на несколько коротких фраз, если ей этого хотелось. Вот как сейчас, к примеру.

— Давайте в слова поиграем, — предложила девушка, раздавая ложки собравшимся вокруг котелка попутчикам.

— Это как? — удивился Дарк.

— Надо назвать пять видов снеди, начинающихся на первую букву твоего имени.

Мужчины переглянулись. Несерьёзное какое-то занятие. Однако соревновательный дух быстро взял своё. Никому не хотелось ударить в грязь лицом, пускай и в словесном поединке. Сложнее всего пришлось Дэйне и Дарку, поскольку их имена начинались на одну и ту же букву. Впрочем, девушка охотно уступала эльфу и даже подыгрывала.

Потрапезничали весьма занятно и на боковую отправились в хорошем расположении духа. Умела Дэйна создавать вокруг себя уют даже в промозглой лесной чащобе. Интересно, откуда в ней это умение? Маэр знал, что девчонка сирота. Воспитывала её бабка, которая охотно избавилась от внучки, когда заезжий чародей обнаружил у девочки дар. С семи лет Дэйна жила в школе, хотя принимали туда учиться лишь с двенадцати, но все попытки пристроить девочку в городской приют заканчивались её побегом. Своё проживание Дэйна отрабатывала сполна, помогая на кухне, прибираясь в ученических и тренировочных залах, ухаживая за лошадьми. Хлеба праздности она никогда не ела и, пускай была не самым послушным ребёнком, быстро заслужила высокое доверие наставников. Бессемейный Анфей так и вовсе относился к Дэйне, как дочери, правда, потому и спрашивал с неё по полной.

На следующий день лагерь разбили возле лесного озера, не отказав себе в возможности хорошенько освежиться. Дэйна, как всегда, отправилась купаться последней, отойдя от стоянки на приличное расстояние. Маэриэля это сильно обеспокоило, и под предлогом пособирать хворост эльф отправился проверять, всё ли в порядке с одинокой купальщицей. Однако, когда мужчина вышел на берег, дорогу ему внезапно преградил Серко. Дивный едва успел увернуться от копыт вставшего на дыбы жеребца. Сердито всхрапывая и повизгивая, неожиданный защитник заставил Маэра отступить обратно в лес. Конь успокоился, лишь когда услышал голос зовущей его хозяйки. Когда Дэйна вернулась в лагерь, то при взгляде на Маэриэля не смогла удержаться от победной улыбки. Она, видать, подумала, что он приходил за ней подглядывать. Эльфа это невыносимо злило. Впрочем, он понимал, что все попытки объясниться будут выглядеть смешно и нелепо, поэтому лишь досадливо морщился.

В последнем селении, что попалось им перед Пустошами, для ночёвки Дэйна предпочла сеновал сомнительному удобству полатей в доме старосты, где ребятишек было мал-мала-меньше. Обычно Анфей останавливался у главы деревни и всегда забирал с собой девчонку и Маэра. Остальных путников распределял по соседним домам.

Неизвестно как, но вскоре к Дэйне присоединились Любим и Вилен. Вечер был хорош — тёпел и тих, один из тех, в который хочется предаваться мечтам о будущем и просто думать о чём-то приятном. Любим без конца травил весёлые байки, Вилен отпускал сопутствующие саркастические замечания, Дэйна смеялась. От неё больше ничего и не требовалось, как восхищаться словоблудием петушащихся перед ней кавалеров. Они расшумелись так, что не услышали карабкающегося на сеновал Маэра, и встретили его дружным испуганным ором, оглушив на оба чутких эльфийских уха. На защиту Его высочества от неведомой напасти тут же примчались Даркен и Тэйнор. В результате собрался весь отряд за исключением Анфея и Евгена. Кто-то предложил рассказывать страшные истории. Снаружи как раз стемнело, а внутри так и вовсе было ни зги не видно, лишь светлел дверной проём.