Книга Наш брак - тюрьма, страница 3 – Полина Рей

Мне тогда казалось, что это от большой любви - он так боится меня потерять, что не хочет ждать ни дня. И я готова была ради него на всё - бросила институт, подруг, свою дурацкую мечту о маленькой кофейне с книжными полками. Сделала это ради парня, который даже не сказал «я тебя люблю» на свадьбе, зато бесконечно повторял: «какая же ты у меня хорошая».

Я родила ему сына через год, потом второго. Дом, ужины, стирка, его встречи с партнёрами, звонки клиентам, проверка домашних заданий, родительские собрания. Я стала его тылом и ни разу об этом не пожалела. Потому что любила и думала: раз он выбрал меня, значит, я особенная.

А он всё строил бизнес - поднимал его с нуля, с маленькой забегаловки до трёх ресторанов и сети магазинов. Я гордилась им, и даже когда он начал приходить поздно, эта самая гордость никуда не делась.

Только теперь, глядя на то, как он безо всякого выражения жуёт мой шоколадный торт с вишней, я почувствовала что-то неладное. Как будто холодная вода капнула за шиворот, заставляя меня поёжиться.

— Ну как? - спросила у Линькова.

— Нормально, - сказал он и отложил вилку. - Давай следующий.

Медовый он попробовал ещё быстрее. Кивнул, не глядя на меня. Потом настала очередь панна-котты. И вдруг его лицо чуть смягчилось.

— Этот, - сказал он, указав на третий, тот самый капризный, с ванилью и ягодами. - Пеки этот.

Я обрадовалась так искренне, по-детски, что у меня аж щёки порозовели. Представила, как испеку такой же, только большой, украшу свежими ягодами и мятой. Все гости будут в полном восторге.

— Хорошо, Серёж, - сказала мужу. - Я сделаю такой на всю семью. Мальчики приедут, ты же знаешь, они любят сладкое.

Он ничего не ответил, просто сел за кухонный стол и жестом велел мне садиться напротив.

Я убрала торты в сторону, сняла передник, повесила его на крючок у холодильника и устроилась на своём месте.

Сергей смотрел на меня долго, и таким взглядом, что по нему словно бы читалось: перед ним проблема, которую нужно решить.

— Ир, - сказал он наконец чуть севшим голосом. - Нам нужно кое-что обсудить. Это очень важно.

Внутри появилось предположение: может, он хочет обсудить отпуск? Или покупку новой машины? Или сказать, что решил нанять мне помощницу по дому, потому что я слишком много на себя беру?

Сергей молчал, только смотрел куда-то мимо меня, в окно, за которым уже начинало сереть. Я терпеливо ждала. За двадцать пять лет научилась этому и довела умение до абсолюта.

Ждать, когда он вернётся с работы. Когда заметит, что я постриглась. Когда скажет «я тебя люблю». Последнего, кстати, так ни разу и не прозвучало, но почему-то я продолжала надеяться.

— Ир, - начал он и провёл ладонью по лицу, как будто пытался стереть след чего-то. - Я не знаю, как это сказать, чтобы не было больно, однако понимаю - больно будет в любом случае.

Сердце кольнуло, когда меня окутало пониманием, что сейчас прозвучит что-то жуткое.

— Говори как есть, Серёж, - тихо попросила мужа. - Мы всегда всё говорили друг другу искренне.

Он усмехнулся - горько, одними уголками губ.

— Рядом с тобой… я задыхаюсь, - выдал он, и каждое слово показалось огромным и тяжёлым, словно многопудовый камень. - Понимаешь? Я как в тюрьме. Всё сложилось - дом, работа, ты, дети. Всё на своих местах вроде бы, но дальше - день сурка. Один и тот же, до бесконечности. Я просыпаюсь и знаю, что будет через час, через два, через год. И мне… страшно, Ир. Мне незачем больше жить. Нет цели. Нет смысла. Только эта бесконечная клетка, из которой нет выхода.