Книга Я и Карась. Миссия «плен», страница 84 – Елена Ха

— Пока ты там на Зарбите разговоры разговаривал, Кая и Кракт слетали на Эстаф, поймали Морозова, а Стрекоза, используя гипноз, его допросила и все секреты из него выбила. Весь его заговор одно сплошное разочарование, – пожаловался вжир.

— Кая с Крактом? – переспросил Карась, окинув при этом моего напарника подозрительным взглядом.

— Да мы почти и не общались, – заверила я ная.

— Кая спасла мне жизнь. Я ей так благодарен! Мы шли по тайному ходу, в котором на каждом шагу нас подстерегали смертельные ловушки, – с еще более наивной прямолинейностью вещал Кракт, весь в начальника пошел, – В какой-то момент на меня чуть не упала бетонная плита. Но Кая смело кинулась на меня, сбила с ног, схватила в охапку и откинула в сторону.

Карась посмотрел на меня обиженно:

— Мало того, что ты сама обнимала какого-то чужого мужика, так ты еще и жизнью ради него рисковала?

— Я? Обнимала? – возмутилась я.

Кракт покраснел и залепетал:

— Что вы, господин Ксар? Да как бы я осмелился. Ведь Кая ваша ная. Это же чудо!

— Он еще и восхищается тобой?! – продолжал капризничать Карась.

— Да, а еще они наедине, только вдвоем, летели шесть часов в шатле… туда и обратно, – ехидно добавил Драйз.

— Шесть часов?! – возмутился Карась.

Кракт побледнел и покачнулся.

Терпеть этот балаган у меня не было уже сил, я перешла в решительное наступление. Прижалась к наю, животик к животику, и промурлыкала, невинно хлопая глазками:

— Карасик мой прыткий, хочешь, я докажу тебе, что только ты интересуешь меня во всей Вселенной?

— Хочу! – резво согласился най.

— Тогда пошли в каюту… немедленно!

Меня тут же подхватили на ручки и понесли. Я даже уловила довольное мурчание.

— И не беспокойте нас, даже если снова нарисуется вселенский заговор! – крикнула я на прощание Драйзу.

— Мур! – согласился со мной Карась.

На центральном невольничьем рынке княжества Суппок на Айоле было шумно, воняло потом, смрадом и пригорелым жиром.

— Если я пробуду здесь еще пять минут, я расстанусь с завтраком, – пожаловалась я Карасику.

Най недовольно посмотрел на друга. Пульс с мольбой на Веронику. Капризная землянка лишь дернула плечиком и продолжила пялиться на одну из лавочек, где продавали крепких крестьянских сыновей для работы на каменоломнях и галерах. Среди усталых, отчаявшихся лиц было одно, привлекающее внимание всей нашей дружной четверки. Парень лет двадцати пяти с белой ухоженной кожей странно выглядел в простой серой рубахе, кое-как сшитой из домотканого грубого холста. Он смотрел вокруг затравленно и постоянно щипал себя, будто пытался проснуться.

— Никушка, милая, ну полетели отсюда. Это не планета, а помойка… – проворчал Пульс, осторожно дергая свою девушку за рукав средневекового платья в пол.

— Я же просила тебя не называть меня так! У тебя память как у рыбы! Как ты с таким скудоумием вообще умудрился что-то изобрести? – зашипела на него землянка.

Пульс нахмурился, склонился к ее уху и едва уловимо строго сказал, но мы с Ксаром были близко, поэтому все-таки услышали:

— Милая, ты обещала перестать ругаться. Ты помнишь про наказание? Оно тебя ждет.

Глаза Ксара загорелись любопытством, он даже немного наклонился в сторону друга и его девушки.

Вероника недовольно покосилась на умыса и хотела что-то ответить, но тут к лавочке с потенциальными каменщиками подошел покупатель – толстый и очень богато одетый мужчина, у него на шее висела золотая цепь, почти на всех пальцах поблескивало по перстню, и даже на штиблетах пряжки были золотыми.