Книга Я и Карась. Миссия «плен», страница 86 – Елена Ха

Умыс не учел, что перед ним землянка, темпераментная землянка. Вероника устроила такой разнос в центре, что им пришлось вызывать сотрудников правопорядка и скорую помощь для диспетчера. Такого скандала давно на У один не было. Веронику под треск вспышек сопроводили в участок, где поставили на учет, как неблагонадежную.

Оставлять такие кадры на своей планете умысы не собирались. Веронику готовили к депортации. В Федерации с нарушителями общественного порядка обращались строго: если ты дебоширишь на своей планете, тебя еще могу потерпеть, отдать на поруки родственникам, но для беженцев-хулиганов прямая дорога на ресурсные планеты со сложными климатическими условиями, где все пашут на добыче этих самых ресурсов, так что времени на нарушения просто не остается.

– А что значит ресурсная планета? – поинтересовалась я у Ксара.

– Ну, в Федерации есть классификация планет, в которой выделяют планеты обитаемые и ресурсные. Обитаемые – это те, что стали родиной одной из рас Федерации, а ресурсные – необитаемые, – любезно пояснил мне най.

Когда Веронике все это объяснили, она пришла в отчаяние и написала-таки Пульсу. Хорошо, что он настоял, чтобы она записала его идентификатор.

«Пульс, помоги мне, пожалуйста, меня хотят депортировать на какую-то ледяную планету. Я там не выживу», – честно и без экивоков попросила она.

Пульс ей не ответил. Как выяснилось позже, он в это время был занят налаживанием линии по производству своих кристаллов. Он прочитал сообщение Вероники только на следующий день к обеду.

Девушку к тому времени уже привезли в космопорт, выдали комплект теплой одежды: ватник, чуни, шапку и варежки. Еще ей полагалась карта с минимальной суммой, чтобы хватило на еду в первые полмесяца до аванса. Таким древним средством оплаты уже давно не пользовались в Федерации, исключениями были ресурсные планеты.

– Я к тому времени отчаялась. Поняла, что в этой бесконечной Вселенной совершенно одна… Было больно. Уверена, если бы я все-таки оказалась на этой ледяной планете, долго бы не протянула. Во мне не осталось ни грамма желания жить, – признавалась мне Вероника, смахивая вредную слезинку.

К счастью, Пульс успел. Прибежал в космопорт, нашел девушку в толпе таких же неблагонадежных и затащил в комнату для персонала.

— Я тебе помогу, но только если ты согласишься с двумя условиями, – вполне в духе умысов заявил он. Здравый расчет превыше всего – девиз этих гуманоидов.

Вероника залепила ему пощечину со словами:

— Да пошел ты, рыцарь недоделанный!

– Я тогда, признаться, растерялся. Пришел спасать, а получил по морде… – жаловался нам с Ксаром умыс.

К счастью, после выплеска отрицательных эмоций Вероника впала в истерику, но не гневную. Она рыдала, свернувшись калачиком на полу, и жаловалась, что никому не нужна. Сердце Пульса, оказалось оно у него есть, не выдержало. Он сгреб свою ненаглядную истеричку в охапку и унес к себе домой.

Вероника успокоилась почти сразу, потому что осмотрелась. Дома умысов были большими, светлыми, функциональными, но про уют эти ребята слыхом не слыхивали. Голые стены, полы, потолок – все было выкрашено в единый серо-зеленый цвет. Коробка, а не квартира! Гостиная отсутствовала как класс. Была столовая с большим круглым столом и эргономичными стульями. Была кухня со всей необходимой бытовой техникой. Была ванная комната с душевой кабиной. Была спальня с большой кроватью и небольшим шкафом. Надо ли говорить, что умысы одевались в удобные и практичные комбинезоны?