Книга Ненужная жена дракона. Акушерка для наследника, страница 4 – Диана Фурсова

Он чуть повернул голову.

— Да.

Марина кивнула, и кивок этот дался ей почти спокойно.

— Тогда постарайтесь потом не удивляться, если однажды вашему дому понадоблюсь я, а я уже не захочу возвращаться.

Она не стала ждать ответа.

Потому что знала: если задержится ещё на секунду, колени могут предательски дрогнуть.

Коридоры крепости оказались длинными, холодными и почти безлюдными. Пламя в настенных чашах горело ровно, отбрасывая на каменный пол тени, похожие на крылья. Нэра шла рядом, то и дело бросая на Марину тревожные взгляды, но молчала. Видимо, в этом доме слуги давно научились не задавать вопросов, если хотели сохранить место.

Чем дальше они уходили от главного зала, тем беднее становилась отделка. Исчезли гобелены, потемнел камень, в узких окнах показался заснеженный двор. За стенами гудел ветер. Он бился о крепость, как живое существо, и Марина вдруг поняла, что находится где-то высоко, на Севере, в краю, где зима была не временем года, а характером мира.

— Флигель давно пустует? — спросила она.

Нэра запнулась.

— Несколько лет, миледи.

— То есть меня отправляют в заброшенное крыло?

— Там убрались утром, — быстро сказала женщина. — Я проследила. Принесли постель, воду, дрова. Там будет не так холодно.

Марина усмехнулась краешком губ.

— Не так холодно — звучит почти роскошно.

Нэра опустила глаза.

— Простите, миледи.

— За что?

— За то, что не смогла… — Женщина осеклась, словно испугалась собственных слов. — За то, что всё так вышло.

Марина посмотрела на неё внимательнее. В чужой памяти Нэра возникала тёплым пятном: поправляла на плечах шаль, оставляла у окна горячую воду, тихо закрывала дверь, когда Элиара плакала. Не подруга, нет. В этом доме у княгини, кажется, не было подруг. Но хотя бы человек.

— Это не вы собрали Совет, — сказала Марина.

— Но я видела, как вам было тяжело.

Эти слова ударили неожиданно. Не Марине. Той, другой, которая жила здесь до неё. В груди отозвалась такая старая усталость, что Марина на мгновение прикрыла глаза.

— Теперь будет иначе, — сказала она.

Нэра не ответила, но в её молчании было сомнение. Слишком многое здесь уже разрушили, чтобы поверить в перемены с одной фразы.

Флигель стоял у северной стены крепости, отделённый от главного здания узким переходом. Когда Нэра открыла дверь, Марину встретил запах сырого дерева, холодного камня и старой пыли, которую не удалось прогнать поспешной уборкой. Внутри было три комнаты: небольшая спальня, гостиная с низким очагом и маленькая умывальная. Мебель тяжёлая, тёмная, явно принесённая сюда не для уюта, а чтобы закрыть пустоту.

На кровати лежало несколько платьев. У стены стоял сундук. У окна — круглый столик, на котором сиротливо белела чашка.

Марина прошла в гостиную и остановилась у очага. Огонь горел, но слабый. Она опустилась на стул и только теперь позволила себе выдохнуть.

Руки задрожали.

Сначала едва заметно, потом сильнее. Марина стиснула их в замок, но дрожь поднялась выше — к плечам, к горлу. Всё, что она удерживала в зале, обрушилось разом: страх, злость, невозможность происходящего, чужое тело, чужое имя, чужой муж, неизвестный мир за окном.

— Миледи? — испугалась Нэра.

— Дайте мне минуту.

— Вам плохо?

Марина почти сказала «нет», но это было бы глупо. Ей было плохо. Только не так, как Нэра могла понять.