Книга Ритуал для двоих, страница 24 – Матильда Старр

Я отложила карандаш.

— Ты читал свежие газеты? — спросила я его.

Сандрес не поднял головы от фолианта.

— Что-то читал…

— Ну и?

— Что — и? — он перевернул страницу. — Ничего важного… Налоги не повышают, войн и катаклизмов вроде не предвидится. Последствия финансового кризиса практически устранены.

Устранены, как же!

— Ничего интересного?! — я едва не задохнулась от возмущения. — Там пишут, что знаменитый Эйлар Сандрес женится на некой аристократке! Да-да, что свадьба на носу!

Он наконец поднял глаза. В них не было ни тревоги, ни смущения — только спокойное, чуть насмешливое любопытство.

— Серьезно? — Он пожал плечами и снова уткнулся в книгу. — Я колонки светских сплетен не читаю. Только важные новости — исследования, экспедиции, изменения в реестре призывных сущностей. А все это — полная чушь, какой только ерунды про меня не писали!

— Ты действительно не понимаешь или только делаешь вид? — у меня перехватило дыхание. — Как ты не понимаешь! Имя аристократки пока не назвали — но это ненадолго! Рано или поздно оно раскроется, и тогда… И тогда я пропала…

И тут я не выдержала. Слезы, которые удавалось сдерживать весь день — истинной аристократке не положено плакать в присутствии других людей — все-таки выступили у меня на глазах.

Сандрес отложил книгу, поднялся, в два шага преодолел разделявшее нас расстояние сел рядом и приобнял меня за плечи.

— Иллори, — сказал он тихо. — Мне жаль, что так вышло.

Я молчала, глядя в темные доски пола.

— Это моя ошибка, — продолжил он. — Я должен был запереть дверь перед ритуалом. Просто не подумал… не ожидал, что кому-то еще взбредет в голову тащиться в башню призывов среди ночи…

Он осекся. Прозвучало не слишком-то деликатно.

— Прости… Наверное, для тебя это тоже было важно. Раз ты тоже решила нарушить все правила… И кстати… Зачем? Зачем тебе этот прапрапра… Ну ты поняла. Это должно быть очень важно, раз ты решилась;

Я вздохнула. Было кое-что, что я не желала обсуждать ни с кем. Моя позорная тайна… Она лежала тяжким грузом на душе, и мне вдруг отчаянно захотелось с кем-то разделить этот груз. Пусть даже этот кто-то Сандрес, последний человек, с которым я хотела бы обсуждать семейные дела.

— Моя семья обеднела, — сказала я, глядя куда-то в темноту за пределами беседки. — Когда-то мы были очень состоятельными, но финансовый кризис ударил по нам особенно сильно. Банк, в котором отец держали все наши капиталы, лопнул. И все наши деньги исчезли в один день. Мы пытались что-то вернуть, судились, но ничего не вышло. Вроде бы владелец сбежал с остатками денег, а королевская казна выдала такую мизерную компенсацию, что это просто смешно и даже унизительно!

Мой голос зазвенел от возмущения и обиды.

Сандрес кивнул.

— Я помню эту историю… Тогда многие пострадали… Мне жаль.

Я вскинула на него недоверчивый взгляд. Он говорит искренне? Ему правда жаль, и он не радуется, что «заносчивые аристократы получили по заслугам»? Вроде бы так и есть… Во всяком случае ни злорадства, ни фальши я не уловила. А потому продолжила:

— У нас осталось только поместье. Но содержание поместья само по себе стоит больших денег, а доходов почти нет. Матушка продала почти все драгоценности, чтобы платить слугам, отец распродал коллекцию старинного оружия… Это позволило продержаться на плаву… Но скоро и этому придет конец. Мы держимся из последних сил… — я вдруг спохватилась: — Имей в виду, никто не должен знать, что у меня все плохо! Ты слышишь?!