Книга Очешуенная история, или Драконья распродажа в Аргарии, страница 32 – Ника Калиновская

Сконцентрировавшись, сформировала на ладони пульсирующее пламя. Оно будто ждало лишь этого — свободы. Я метнула огненный сгусток в сторону манекена, и…

Взрыв. Гулкий, яркий, с жаром, от которого на секунду пересохло в горле. Манекен расплавился внизу, словно был из воска, но я едва успела это заметить, потому что в следующий миг над мной раскинулось полупрозрачное, защищающее крыло.

Я застыла.

— Какого ларга... — выдохнула, ощущая, как сердце пропустило удар.

Я обернулась.

Он стоял рядом. Его взгляд был не просто внимательным — острым, словно у хищника. А за плечами — настоящее крыло. Полупрозрачное, но при этом покрытое чешуей. Не иллюзия и не эффект. Настоящая частичная трансформация.

— Ты ведь не можешь обращаться, — прошептала я, потрясённо глядя на застывшего в шаге от меня дракона. — На тебе же ограничитель…

Кажется, меня сейчас больше удивила не сила собственной магии, которая вдруг пробудилась после стольких лет подавления, а то, что этот… гад чешуйчатый смог воспользоваться частичной трансформацией.

Кристоф Драгонийский

— То есть... — я прищурился, поочерёдно глядя то на дымящийся манекен, то на девушку. — Тебя сейчас совершенно не волнует, что ты едва не разнесла, на минуточку, защищённый тренировочный зал? А заботит исключительно моя частичная трансформация?

Она даже не моргнула. Просто смотрела на меня, хмурясь, будто я только что признался в каком-то преступлении. Удивительно. Хоть бы спасибо сказала за то, что не позволил ей спалить саму себя.

Я подвигал плечом, ощущения в котором отзывались лёгким побаливанием, сбросив с него остатки чешуи, и невольно вздохнул. Да, спалился. Показал то, что не должен был показывать. Особенно сейчас. Особенно ей. Но, с другой стороны... кто ж знал, что она вздумает запускать огненные шары, едва сбросив мантию.

Инстинкты сработали быстрее, чем я успел подумать. Годами отточенная реакция — защищать, укрыть, заслонить. Даже если разум приказывал держаться в тени. Даже если это ставило под угрозу всё, что я старательно скрывал.

Впрочем, если уж быть честным, я не был уверен, чего именно мне стоило бояться сильнее: её огня… или её вопросов.

— Думаешь, это менее важно? — спросила принцесса, подходя слишком близко, что вызывало у меня легкий дискомфорт.

Я не отступил. Прежде всего потому, что драконы не пятятся. Даже если в них сверлит взглядом девушка с огнём в руках и внезапно обострённым чувством уверенности в себе.

— Ну… — я чуть наклонил голову, словно задумавшись. — Вопрос спорный. Смотря что считать более опасным: твой фаерболл или мою харизму.

Она фыркнула, и в уголке её губ мелькнула почти-улыбка. Едва заметная, но настоящая.

— Харизма? Так ты это называешь? — хмыкнула она, скрестив руки на груди. — А я думала, это хроническое самодовольство.

— Принцесса, я бы обиделся, да только у меня в запасе ещё с десяток подобных диагнозов. И все неизлечимы, — отозвался лениво и, как бы между делом, сделал полшага вбок, чуть сбив темп её напора.

Но моя собеседница не дала себя запутать.

— Что ты умеешь? — спросила неожиданно, в упор. — Помимо того, как раздражать, оскаливаться и прятаться за сарказмом?

— Очаровывать, спасать от скучных разговоров, демонстративно молчать в нужные моменты... — загибал пальцы я. — Ах да. Ещё умею избегать вопросов. Особенно таких.