Книга Не будите во мне... некромантку, страница 64 – Ника Калиновская

Инквизитор же ни на секунду не замедлил шаг. Уверенно поднялся по идеально ровным ступеням крыльца, широким движением открыл массивную, сияющую полированным деревом дверь — и так решительно переступил порог, что казалось, он возвращается домой, а не заходит в чужое жильё.

А что, если так оно и есть?

Я осталась на мгновение позади, сжимая в руках свою сумку и ощущая себя не то деревенской простушкой, не то незваной гостьей в сказочном дворце. Но пришлось поспешить за ним — дверь сама закрылась за моей спиной с глухим щелчком, словно ловушка захлопнулась.

Внутри особняка было так тихо, что собственные шаги отдавались гулким эхом, словно мы оказались не в доме, а в храме. Воздух пах дорогими свечами и старым деревом, а стены — светлые, украшенные резными панелями и картинами — дышали сдержанной роскошью.

Я замерла на пороге просторного холла, где мягкий свет магических сфер плавно лился с потолка, не давая ни единой тени. Пол сиял мрамором, в центре красовался изящный ковёр, явно ручной работы, а вдоль стен стояли вазы с высокими цветами, будто только что распустившимися.

Ну да, конечно. Переночуем. Для Ригарда это, похоже, было делом обыденным — то ли он слишком привык к подобным хоромам, то ли у него был собственный ключ от половины столицы. Я же чувствовала себя так, будто меня занесло в музей, и любое неловкое движение могло стоить месячного заработка.

Он, между тем, шагал вперёд, даже не оглядываясь. Уверенно, спокойно, словно знал этот дом от и до. Я подняла глаза и поймала своё отражение в огромном зеркале в золочёной раме. Лёгкий вздох вырвался сам собой. Моя простая одежда, волосы, собранные кое-как, сумка через плечо — всё это смотрелось так неуместно на фоне утончённой роскоши, что хотелось развернуться и сбежать обратно на улицу.

— Ты застыла, — голос Ригарда вывел меня из оцепенения. Он стоял чуть впереди, обернувшись через плечо, и смотрел с той самой кривой ухмылкой, от которой мне хотелось одновременно стукнуть его и… ну ладно, стукнуть сильнее.

— Я просто… осматриваюсь, — буркнула, стараясь скрыть смущение за привычной колкостью. — Уж больно у тебя ночлеги интересные. Не проще ли было найти обычную таверну?

— В таверне нас слишком быстро нашли бы, — отозвался Фонтийский, пожав плечами. — А здесь… здесь мы никому на глаза не попадёмся.

Я фыркнула, хотя внутри всё равно тянуло разглядывать каждый угол, каждую безупречно расставленную деталь интерьера. Этот дом не просто кричал о богатстве — он говорил о власти. Но долго размышлять об это мне не дала остановившаяся спина моего спутника. Он становился возле однойиз дверей на втором этаже и торжественно проговорил:

— Кстати, это твоя комната, — а едва заметно усмехнувшись, добавил: — Соседняя с моей. Так будет удобнее, если что-то понадобится.

Я приподняла бровь, но промолчала. Делать вид, что меня это совсем не смущает, было проще, чем устраивать лишние сцены. Благо на этом его намёки закончились. А оказавшись одна, я прикрыла дверь за собой и наконец выдохнула. Тишина. Только я и чужая роскошь вокруг.

Сбросила сапоги, скинула плащ и осторожно опустилась на край кровати. Под пальцами ощущалась дорогая ткань покрывала, слишком нежная и гладкая для моих неуклюжих привычек. Я откинулась назад, уставившись в потолок. Всё выглядело так спокойно, будто это просто очередная ночь в доме состоятельного хозяина. Но внутри у меня клокотало.