Книга Не будите во мне... некромантку, страница 69 – Ника Калиновская

Что теперь? Сидеть и дальше в этой роскошной клетке? Или пойти поискать Фонтийского? Вчера он уверенно командовал, а теперь — ни слуху, ни духу. С этими мыслями я и направилась в коридор. Потопталась на месте, прислушиваясь. Тишина. Ни шагов, ни голосов — будто весь дом вымер. Я специально громко хлопнула дверью своей комнаты, надеясь, что это вызовет хоть какую-то реакцию.

Ничего.

Я закатила глаза и пошла к соседней двери, точно зная, что это инквизиторская спальня. Рука уже поднялась, чтобы постучать и, тут же дрогнув, опустилась. Потом снова поднялась. И снова опустилась. Так и стояла, колебалась, как школьница перед кабинетом директора.

Не знаю, сколько бы я ещё так промаялась, если бы со стороны вдруг не раздался до раздражения знакомый и спокойный голос:

— Соскучилась?

Разумеется. Наш мастер иронии, как всегда, выбрал лучший из моментов для того, чтобы подшутить. Я дернулась, заметив, как воздух рядом со мной начал подрагивать, будто вокруг возникла невидимая рябь. Тонкие зеленоватые искры проскальзывали по коже, и сердце сбилось с ритма.

— С чего бы вдруг? — быстро отвела глаза от его лица, стараясь говорить спокойно, будто меня вовсе не задела его наглая ухмылка.

— Не знаю, — протянул Фонтийский, нарочито лениво поправляя перчатку и окидывая меня внимательным взглядом. — Может, ночь без меня показалась вечностью…

Вот же гад! Я едва не задохнулась от возмущения, а он, заметив, как у меня опасно дёрнулся глаз, поспешил вскинуть руки в примиряющем жесте:

— Шучу-шучу.

Но было уже поздно. Внутри меня что-то хрустнуло, словно провода замкнуло, и я ощутила, как магия поднимается сама, не спрашивая разрешения. Воздух наполнился треском, маленькие молнии тут же забегали по пальцам, а по полу прокатился едва слышный разряд.

— Тьма… — прошептала я, осознавая, что теряю контроль.

Ригард прищурился, а его насмешливое выражение тут же исчезло. Он шагнул ближе, изучая меня с таким вниманием, что я почувствовала, как магия внутри взвыла ещё сильнее, требуя выхода.

— Мирослава, — его голос прозвучал тихо, но твёрдо, — дыши. Сейчас же.

Я попыталась вдохнуть ровнее, но искры всё равно срывались, оставляя на стенах темные следы. Казалось, ещё секунда — и всё это рванёт наружу, сметая нас обоих.

— Я это не контролирую… — слова сорвались с моих губ сами, будто выстрел. Магия вокруг стала ярче, а воздух загудел низким и напряжённым звуком. — Я вообще понятия не имею, как с этим справляться, — выдохнула честно и почти отчаянно. Уж лучше пусть он раскроет меня здесь и сейчас, чем я снесу к чёрту этот дом или, что ещё хуже, задену его.

Инквизитор, стоявший напротив, резко изменился. Ни следа ехидной усмешки, ни привычной иронии — только сосредоточенность и хищная готовность действовать. Он шагнул вперёд, сокращая расстояние между нами, как будто эта опасная магия была для него привычным зверем.

— Смотри на меня, — тихо, но жёстко сказал, приближаясь ещё. — Смотри только на меня, Мирослава.

Я подняла взгляд, и на мгновение мир вокруг перестал существовать. Вспышки, стены, пол, всё стало размытым. Были только его глаза — холодные, но внимательные, и его голос, который стал для меня якорем в шторме.

— Дыши. Медленно. — Фонтийский протянул руку, не дотрагиваясь, но удерживая моё внимание. — Магия — это не враг. Это инструмент. Ты не дави на неё, а веди.