Книга Не будите во мне... некромантку, страница 73 – Ника Калиновская

— У вас это... обыденность?

— Да, — кивнула моя напарница, и в этом кивке прозвучала лёгкая тоска.

— Должно быть, хороший мир, — заметил я, всматриваясь в её лицо.

Девушка лишь грустно улыбнулась. Без слов. Но в её взгляде мелькнула тень — будто перед глазами вдруг вспыхнула картина того самого «мира», к которому она уже не могла вернуться.

Мы вышли из дома, и тёплый утренний воздух столицы ударил в лицо, разнося запах кофе, свежеиспечённого хлеба и каменной пыли. На проезжей части нас уже дожидалась карета. Извозчик, заметив меня, тут же подтянул вожжи и почтительно поклонился.

— Ну что, вперёд, — я открыл дверцу, пропуская Мирославу первой. Она на миг замялась, оглядываясь на улицу, потом пожала плечами и забралась внутрь. Я устроился рядом, постучал по стенке — и колёса мягко покатились по брусчатке.

— Куда направляемся? — спросила она, устроившись напротив и скрестив руки.

— Сначала заедем в лавку, — ответил спокойно. — Приоденем тебя.

— В смысле? — подозрительно уточнила моя напарница, нахмурив брови.

— Ну, если ты собираешься изображать столичную учёную, тебе нужно хотя бы выглядеть как она, — пояснил я. — Сомневаюсь, что в этом плаще ты сможешь убедительно изображать исследовательницу, а не беглую могильщицу.

Девушка фыркнула, но в уголках её губ мелькнула усмешка.

— Значит, ещё и переодевание? Прямо как перед балом. Может, ещё парик с завитками выдашь?

— Если поможет убедить стражу у входа в архив — выдам хоть три, — хмыкнул я. — Поверь, иногда внешний вид решает больше, чем бумага с печатью.

— У нас это тоже работает, — пробормотала Мирослава, глядя в окно, где мимо проносились ряды лавок и утренних торговцев. — Только вместо карет — автобусы. И вместо мантии — пиджаки.

— Автобусы? — переспросил я, запоминая новое странное слово.

Моя спутница улыбнулась:

— Ну… такие самоходные экипажи без лошадей.

Я покачал головой, не удержавшись от тихого смеха:

— Без лошадей… Забавный у вас мир, Мирослава.

— Вот уж не думала, что скажу это, но в вашем мире, похоже, не меньше странностей, — парировала она.

Карета мягко качнулась на повороте, и впереди показалась широкая улица — торговый квартал, где витрины сияли магическим светом, а манекены изящно двигались, демонстрируя новые платья. Мирослава замолкла, разглядывая всё с таким видом, будто попала на выставку чудес.

Я же усмехнулся. Похоже, утро обещало быть интересным.

Мирослава

Карета плавно катилась по вымощенной камнем дороге, позвякивая сбруей. Сквозь слегка приоткрытое окно доносился запах свежего хлеба и сладковатых специй — утро в столице начиналось бойко. Мне теперь не нужно было прятать от Ригарда свой интерес, и я могла словно заворожённая наблюдать за витринами. На одной из них прямо на наших глазах иллюзия аптекаря варила зелье сна: из пузырьков поднимались мягкие облачка сиреневого пара, складываясь в образ спящего кота, который мирно мурлыкал и сворачивался клубком. На вывеске надпись переливалась золотом: «Гарантированные сны — от кошмаров до вдохновения».

Я невольно усмехнулась.

— У вас тут даже снотворное рекламируют магией.

— Это не реклама, — поправил меня мужчина, не отрывая взгляда от улицы. — Это демонстрация доверия к мастеру. Если кот не заснул — значит, зелье не работает.