Книга Не будите во мне... некромантку, страница 8 – Ника Калиновская

Пока Гроги, кажется, пытался переварить моё обращение и одновременно вспомнить, присягал ли он кому-то ещё между болотами и моранским мхом, я на всякий случай отшагнула ещё чуть-чуть в сторону, чтобы прикинуть план отступления.

Существо всё ещё загораживало дверь. И, судя по его комплекции, в прыжке через него я бы точно проиграла. Зато с другой стороны — если метнуться резво и уверенно, может, и получится проскочить.

— Главное — не подскользнуться и не зацепиться за эти дурацкие полы, — мрачно подумала я, косясь то на вход обратно в лабораторию, то на гостя, который, судя по выражению черепа, был в стадии глубокого раздумья. Или просто подвис.

Всё зависело от его ответа. И, по-хорошему, от того, есть ли у него зубы, чтобы кусаться.

— Конечно, — как само собой разумеющееся проскрипел мой собеседник, чуть склонив голову набок, будто это было настолько очевидно, что он даже немного удивлён, что я спрашиваю.

— Ну что ж, первая часть прошла успешно, — мысленно хлопнула себя по плечу. Теперь главное — аккуратно подвести своего собеседника к самой важной части. Потому что если я сейчас прямо спрошу: «а не знаешь ли ты случайно, что я должна была отдать местному горному великану, который пугает меня до седьмого пота?» — он может или не понять, или понять слишком буквально. А мне сейчас совсем не хочется оказаться жертвой недопонимания.

— И я могу тебя… ну, кое о чём попросить? — уточнила я осторожно, с максимально невинной интонацией. — Могу же?

— Хозяйка может приказать, и Гроги всё выполнит, — проскрипело в ответ так уверенно, что я на секунду даже вообразила, как он стоит по стойке «смирно» и козыряет своей костлявой ладонью.

Я облегчённо выдохнула — ну хоть кто-то тут решил, что я в авторитете. Пусть даже это существо с внешностью травяного хлыща из болот и голосом забытого чайника.

— Понимаешь… — начала я, пытаясь подобрать максимально деликатную формулировку, — я тут вчера, кажется, слегка упала… ну, головой… может быть… и теперь совершенно не помню, что должна была сделать для одного… высокого, широкоплечего дяденьки. — Да что ж я с ним, как с младенцем? — мысленно скривилась, но тут же моментально себя оправдала: он может и притормаживает, но определённо не дурак.

— Хозяйка говорит о Валине? — тут же отозвался Гроги, чуть наклоняясь вперёд. — Очень злой человек. Хозяйка хотела ему шею свернуть.

Я шумно выдохнула, с трудом подавляя фейспалм.

— Ну хоть что-то постоянное в этой жизни — моя неистовая любовь к насилию, даже если я её и не помню.

— Да-да, Валин. — Кивнула. — Приятный мужчина, настоящий солнечный лучик в грозовой туче, спасибо, что напомнил. Но я не о характере, а о… предмете разговора. Он что-то у меня заказал, и должен был получить... А я вот… забыла. Совсем. Понимаешь?

— Гроги понимает, — кивнул тот, а я почти почувствовала, как у меня от облегчения начали расслабляться все внутренности, включая те, что были напряжены с прошлой ночи.

— Может, ты знаешь, что именно? — добавила вопросительно, надеясь, что этот чудик сейчас мне даст ответ.

— Ну давай же, Гроги, не томи. Только не говори, что это было что-то типа «камень душ» или «сердце младенца тролля». Хотя, зная моё вчерашнее «хозяйское» поведение, я бы и не удивилась.

— Гроги всё помнит. Гроги умный, — гордо проскрипел мой помощник, вытянув костлявую шею вперёд, будто ждал аплодисментов.