Книга Лекарь с синими волосами. Проклятие принца-дракона, страница 32 – Таня Драго

— Принц умирает.

— Я знаю, — я ответила тихо, стараясь держать голос ровным. — Он сказал мне вчера. Но не успел объяснить, что именно с ним не так.

Венитар кивнул, и на лице не дрогнул ни один мускул:

— Болезнь прогрессирует. Сейчас отказывают ноги, скоро будет хуже. Сначала это были просто боли, потом онемение, теперь он практически не может ходить без помощи заклинаний. Через месяц, может быть два, боль съест его совсем. И тогда ничто не поможет.

Он замолчал, и тишина повисла в воздухе — тяжёлая, давящая. Потом добавил тише, и в голосе впервые прозвучала усталость:

— Я облегчаю боль. Заклинания, зелья. Но это не помогает. Только замедляет. Ненадолго.

Я смотрела на него, пытаясь уложить в голове информацию, найти хоть какую-то зацепку, что-то, что могло бы помочь понять природу болезни.

— Что за болезнь? — я спросила, наклоняясь вперёд. — Как она называется? Какие симптомы кроме онемения и боли?

Венитар покачал головой медленно, и в глазах мелькнуло что-то похожее на сожаление:

— Не могу сказать. Не моё право. Это должен рассказать сам принц, если захочет. Но поверьте, он захочет.

Чёрт. Опять секреты. Опять недосказанность. Я сжала кулаки на коленях, сдерживая вспышку раздражения. Как я могу помочь, если мне не говорят, что лечить? Это же абсурд!

Венитар встал, подошёл к иллюминатору, посмотрел на море, которое простиралось до горизонта — спокойное сегодня, блестящее под утренним солнцем. Он стоял молча несколько секунд, потом повернулся ко мне, и голос прозвучал тише, почти осторожно:

— Вы нашли его на пляже. Знаете почему?

Я молчала, не понимая, к чему он ведёт.

Венитар продолжил, глядя мне в глаза:

— Принц — дракон. Оборотень. В драконьей форме ему легче, боль отступает. Он может летать, двигаться свободно, чувствовать себя почти здоровым. Поэтому он часто улетает один, чтобы побыть вдали от людей, от обязанностей, от взглядов.

ЧТО⁈ ДРАКОН⁈ ОБОРОТЕНЬ⁈

НЕТ НИКАКИХ ОБОРОТНЕЙ!

НУ НЕТ ЖЕ, ВЕРНО⁈

Я сидела, уставившись на Венитара, чувствуя, как реальность снова расползается по швам, как всё, во что я пыталась поверить, снова переворачивается с ног на голову.

Драконы.

Не динозавры, нет. Настоящие драконы. Волшебные.

Господи, я с ящером целовалась.

ДРАКОН!

Венитар, видимо, заметил моё потрясение, потому что продолжил спокойно, обыденно, словно рассказывал о чём-то совершенно нормальном:

— Он улетел в тот день, наверное задумался о чём-то, попал в шторм, потерял силы, упал в море. Если бы не вы, он бы не выжил.

Он замолчал, потом добавил тише, и в голосе прозвучало что-то похожее на благодарность:

— Вы спасли его. Дважды. Сначала от утопления, потом от одиночества.

Я моргнула, пытаясь сосредоточиться на словах сквозь хаос в голове:

— От одиночества?

Венитар кивнул, подошёл ближе, сел обратно на стул и посмотрел на меня внимательно:

— Вы не заметили? С вами ему легче. Я никогда не видел такого. Обычно он закрывается от всех, держит боль при себе, не позволяет никому помогать. Но с вами… с вами он ходит больше, двигается свободнее, словно боль слабее. Я не знаю, почему. Может быть, это ваш дар. Может быть, просто ваше присутствие действует как обезболивающее. Синеволосые лекари, говорят, лечат только руками. Может, все правда так. Вы прикасаетесь, и… Домыслы, конечно.