Книга Лекарь с синими волосами. Проклятие принца-дракона, страница 76 – Таня Драго

Сердце колотилось, как молот по наковальне, но лицо оставалось спокойным, закрытым. Врачебная маска. Спасала меня сотни раз, когда нужно было скрыть страх, усталость, отчаяние.

Валейр кивнул, но в глазах усмешка, лёгкая, едва заметная, словно он знал, что я лгу, но не собирался разоблачать. Не настаивал, откинулся на спинку стула ещё дальше, посмотрел в потолок задумчиво, словно любовался лепниной:

— Травы — это хорошо.

Пауза, долгая, тягучая, как мёд. Он молчал, я молчала, свеча трещала, догорая, тени плясали на стенах.

Наконец он сказал, голос задумчивый, почти мечтательный:

— Знаете, мне повезло в одном.

Я подняла бровь, не понимая, куда он клонит:

— В чём?

Валейр усмехнулся, посмотрел на меня, в глазах что-то странное — облегчение? Удовлетворение? Радость, которую он пытался скрыть за вежливой улыбкой:

— У меня нет драконьей формы.

Говорил буднично, без сожаления, словно констатировал удачу, как человек, которому повезло не попасть под дождь, когда все вокруг промокли до нитки.

Я молчала, не понимая, что ответить. Это же трагедия для королевской семьи — младший принц без дракона, неполноценный наследник, слабое звено. Но он говорил так, словно выиграл в лотерею.

Валейр продолжил, голос стал увереннее, яснее, словно объяснял что-то очевидное:

— Элиан и Релиан — полукровки, драконы в них сильны. Огонь, магия, сила. А я — почти человек. Обычный, слабый, без особых способностей.

Посмотрел на меня прямо, улыбка стала шире, в ней торжество, которое он не мог скрыть полностью:

— Серый покров поражает только драконов. Значит, мне не страшен.

Голос лёгкий, но в нём что-то холодное, чужое, словно он радовался беде братьев, их болезни, их страданиям. Я замерла, мысли понеслись галопом, как кони, сорвавшиеся с привязи. Он радуется. Радуется, что братья болеют, а он нет. Радуется, что они умирают, а он останется жив, здоров, невредим.

Боже мой, он радуется.

Валейр встал, улыбнулся мягко, дружелюбно, словно мы обсуждали рецепт пирога, а не смерть его братьев:

— Не засиживайтесь. Здоровье дороже книг.

Развернулся, пошёл к двери, шаги лёгкие, бесшумные, растворился в темноте коридора, словно призрак, который явился, сказал своё и исчез.

Я сидела неподвижно, смотрела на дверь, пыталась осмыслить услышанное. Валейр. Младший принц, вежливый, мягкий, безобидный на первый взгляд. Но сейчас он показал что-то другое. Что-то холодное, расчётливое, довольное.

Он слишком спокоен для младшего брата умирающих принцев. Вернее, один из них уже умер.

Но… он сам меня позвал к Релиану, там, в море, далеко, на корабле.

А сейчас не спрашивает о здоровье Релиана, не интересуется лечением, не выражает беспокойства. Просто доволен, что ему ничего не угрожает, что он останется невредим, пока Релиан корчится от боли по ночам.

И ещё — он заметил книгу о проклятиях. Взгляд задержался, усмешка промелькнула. Он знает, что я ищу. Качнула головой, вернулась к книгам, но теперь сосредоточиться было невозможно. Мысли крутились вокруг Валейра, его слов, его странной радости, его спокойствия.

Подозреваемый. Ещё один подозреваемый в длинном списке людей, которые хотят смерти Релиана.

Мелисс — из-за брака, который ей не нужен.

Её семья — из-за политики, власти, каких-то своих интересов, которые я не понимала до конца.