Книга Любовь среди туманов, страница 230 – Кира Крааш

Я вылезла из кровати и принялась собираться. Укладывать свои новые и дорогие платья в кофры было довольно трудозатратно, но звать прислугу не хотелось. А то прокляну еще какую криворукую особу, а потом мучайся, снимай проклятье. Или того хуже – сначала бегай ищи по всему дворцу перепуганную девицу, а потом снимай…

Мысли о снятии проклятья привели меня опять к этому светлому упырю, с которого тоже надо бы проклятье снять, но… я решила подождать до академии. В конце концов, вряд ли ему по дороге встретится любовь всей его жизни и ему придется скакать за ней в лапы к туманным чудищам. А потому потерпит, так как я его сейчас терпеть ну точно не готова.

В карете мы ехали молча. Аксель с каким-то задумчивым видом пялился в окно, я листала гримуар, который хоть и был чужим, но стал уже как родной. И как родной же вредничал, так и норовя оттяпать пальцы. Но это, как ни странно, успокаивало. Создавало ощущение близости к стенам альма-матер. Свой гримуар настоящая темная магичка получает на выпускной, а потому, поглаживая толстые страницы чужой книги, я чувствовала себя чуть более взрослой и уверенной.

Мы так же, не говоря друг с другом, прошли сквозь портал. Я – держала агрессивную книженцию, а Аксель подавал мне в нужных местах руку. Сначала-то я, конечно, с гордым видом хотела его лапищу проигнорировать, но запуталась в юбке и все с тем же горделивым видом рухнула на брусчатку. Руки-то заняты гримуаром, который продолжала прижимать к себе.

Однако светлый упырь оказался весьма любезен и спас мой нос от столкновения с камнями. Довольно ловко поймав меня и прижав к себе, он проронил одно-единственное слово:

— Аккуратнее.

В общем, сели мы в казенный экипаж, я набрала в грудь побольше воздуха, готовясь скакать по всем ухабам в обратном направлении, как вдруг примерно на середине пути наш транспорт затормозил. Затормозил так резко, что я умудрилась приложиться плечом, а принц – головой.

— Да чтоб тебя… – выругался наследник престола и полез наружу разбираться.

А через мгновение я увидела в проеме его не на шутку перепуганное лицо.

— Вылезай, – скомандовал он.

— Что случилось? – нахмурилась я, не слишком-то горя желанием высовываться.

— Вылезай, живо! – рявкнул Аксель и, не дождавшись, просто выдернул меня из экипажа.

И только оказавшись на улице, я поняла, что все свое недовольство этим бессовестным нарушением моих личных границ придется запихнуть куда подальше.

На нас стремительно наползал туман.

За спиной раздался жуткий хруст и хриплое бульканье. Я хотела обернуться, но Аксель схватил меня за локоть и буквально поволок, переходя на бег, в направлении, где медленно и неотвратимо смыкалось белое молоко.

— Не оборачивайся, ты там уже ничем не поможешь, – бросил парень, делая какой-то замысловатый пасс одной рукой.

Полыхнуло нестерпимо ярким светом, и в ладонь Акселю лег светящийся клинок.

Туман вздрогнул, замер, будто раздумывал, что с нами делать, а в следующее мгновение ускорился.

И мы рванули с места. Я бежала так, как не убегала от злых мальчишек в детстве, от борзых стражников, от всех своих самых страшных кошмаров. И рядом со мной бежал Аксель. Он мог бы рвануть вперед, ему бы запросто хватило силы и скорости, но он бежал рядом. Сосредоточенный как никогда, чуть светящийся жестоким белым светом. Настоящий паладин как воплощение чести и доблести.