Книга Любовь среди туманов, страница 244 – Кира Крааш

А вот идти до города было гораздо приятнее, чем идти до хижины. Во всяком случае, теперь у меня было на одного светлого мага, дергающегося от каждого постороннего звука, меньше. Во-первых, это ускоряло наше продвижение по местности, а во-вторых, улучшало мое настроение. На этот раз Аксель не пытался идти за мной и защищать меня одновременно, он просто уверенно шагал рядом, изо всех сил излучая решительный настрой.

Правду говорят, что паладины героические на всю голову. Вот серьезно, даже если мы каким-то чудом прорубимся к светлому архиву, то как искать этого несчастного кровного родственника? Тут же, наверное, такая паническая каша была при наступлении Туманных чащ, что выжить новорожденной малютке было просто без шансов.

Но думать негативно не хотелось, а потому я просто косилась на омерзительно бодрого светлого мага и подстраивалась под его широкий шаг. И косилась на лес. Всю дорогу не покидало меня ощущение, что Туманные чащи смотрят на нас. Прицениваются, примеряются. Не хотелось бы, конечно, чтобы дошли до состояния «пробуют на зуб», но вряд ли мы настолько везучи. Раньше я была сосредоточена на том, чтобы аккуратно шагать и вести парня за собой, а теперь отвлекаться было не на что. И меж лопатками нехорошо свербело от ощущения чужого взгляда.

А потому, когда я в очередной раз обернулась, а росшие неподалеку кустики подозрительно зашуршали, мне ничего не оставалось сделать, как подпрыгнуть и трусливо прижаться к светлому магу.

Светлый маг покосился на меня, а потом на шуршащие кустики, из которых выпрыгнул рогатый заяц. Даже не знаю, кто обалдел больше – мы от вида рогатого зайца или животинка, наткнувшаяся на живых людей посреди Туманной чащи.

В общем, заяц дал стрекача, а я тактично отлепилась от светлого. И даже отошла на шаг. И вообще сделала вид, что ничего такого не было, показалось. Показалось, я сказала, и нечего так на меня смотреть!

— Ты очень милая, когда не изображаешь из себя грозную темную магичку, – заявил этот явно отважный паладин, за что мне жуть как захотелось треснуть его. Не проклятьем, а по-банальному, в глаз. Чтобы потом смотреть всю дорогу и любоваться деянием рук своих.

— Не понимаю, о чем ты, – с каменным лицом заявила я и отважно зашагала дальше по тропинке.

Далеко мне уйти, конечно, не дали, но надо отдать должное Акселю, парень проявил тактичность. Шагал молча и лишь изредка кидал на меня заинтересованные взгляды. И было в них что-то такое странное, что заставляло меня спотыкаться на ровном месте.

Нет, светлому определенно надо дать в глаз, чтобы на дорогу смотрел, а не на меня!

* * *

К середине дня тропинка вывела нас на неплохо сохранившийся тракт, и идти стало легче. Кусты как-то перестали пугать, отодвинувшись к краю дороги. Рассеянный солнечный свет золотил осенние листья. Хотя, конечно, «золотил» не совсем то слово. Среди классических осенних цветов встречалось любопытное разнообразие туманных мутаций – вырвиглазных, кричаще-опасных, чужеродных. Но все равно пейзаж казался красивым и умиротворяющим. Не хватало только, чтобы еще какая птичка чирикала, – и почти романтическая прогулка.

Я аж головой тряхнула, чтобы вытрясти из нее эту неожиданную ерунду. Прогулку ей романтическую со светлым захотелось, ага. Одна вон уже прогулялась, теперь всем континентом не знаем, куда спрятаться от последствий.