Книга Любовь среди туманов, страница 29 – Кира Крааш

— Но мои вещи!!! – возмутилась Фредерика.

— Так ты сама разрешила, – невозмутимо ответила я, влезая в спортивный костюм.

В комнате повисла недолгая пауза, а затем раздалось недоверчивое:

— Да?

— М-да! – передразнила.

Кнопочка как-то смешно сдулась и плюхнулась на кровать, обхватив подушку руками.

— Прости… мои подозрения недостойны паладина. И я… и ты… а там… – окончательно смешалась девушка и махнула рукой. А затем подскочила на ноги и крепко меня обняла: – Спасибо за эликсир. Он какой-то вдохновляющий на подвиги.

И вот стою я и чувствую историческую значимость происходящего. Это ж не каждый день паладинша обнимает ведьму и извиняется. Мне, конечно, немного совестно, что она права, но это такие мелочи в сравнении с результатом!

— Ну-ну… – неловко потрепала я Кнопочку по голове и вывернулась из обнимашек. – Идем, что ли? Изверг орать будет.

Изверг действительно орал. Правда, мне казалось, что ор у него использовался как стандартное средство общения со студентами. Для более четкого донесения мысли, так сказать. Я к такому была непривычная и каждый раз невольно дергалась после очередного покрикивания на сонных и не слишком довольных студентов. Но когда утренняя экзекуция закончилась и я, мечтая лишь о горячем душе, уже направилась к общежитию, передо мной возник Крейг.

— Пойдем.

Вот так, коротко и без затей. Куда? Зачем? Пф, к чему все эти незначительные детали. Пойдем – и все тут.

— Не пойду, – раздраженно заупрямилась я. Ну серьезно, что он пристал ко мне с утра пораньше?

— Пойдешь, – уверенно заявил светлый и в качестве аргумента применил грубую силу. То есть сцапал меня в охапку и повел куда-то с полигона.

— Орать буду, – предупредила я, упираясь больше из вредности.

— Я бы не рекомендовал.

— И почему же?

— Как правило, Марк Кортон не любит, когда кто-то орет больше его, – охотно пояснил Крейг, не сильно проясняя ситуацию.

— Марк Кортон? Кто это? – не поняла я.

Алекс закатил глаза, а за спиной раздалось раздраженное цоканье.

— Прикопать бы того языкатого студента, кто навесил на меня это кошмарное прозвище.

Я скосила глаза и увидела мрачного Изверга.

Упс.

— Ну почему же кошмарное? – попыталась я выкрутиться из неловкой ситуации. – Ничего не кошмарное, а очень даже необычное. Неординарное.

Изверг хмыкнул, а я вопросительно посмотрела на Крейга.

— Вчерашний инцидент, – пояснил парень.

— Но я же никого не отравила! – возмутилась я.

— А что, хотелось? – оживился декан.

Крейг лишь закатил глаза:

— Расслабься, Шаттер, ты лишь свидетель произошедшего. Зачинщик безобразия – я.

Тут я искренне удивилась:

— Так вы ж даже не подрались, чего там зачинять-то.

— А вот это нам сейчас уважаемый Кортон и расскажет, – без тени улыбки произнес Крейг, пропуская меня перед собой в кабинет декана. – Что мы там такого успели совершить, что аж после побудки на ковер приходится идти. Ночью они, что ли, к те… к вам заявились?

— Практически. – Декан опустился в свое кресло, кивком предлагая нам присесть на гостевые места. – Твоя бывшая невеста полночи рыдала у ректора, что злая ведьма тебя опоила и теперь совращает изо всех сил. У нее даже есть доказательства – какая-то там тряпочка, пропитанная приворотным зельем.

Я прикрыла глаза. М-да, вряд ли кто-то поверит, что приворот в академии сварила не единственная ведьма, а светлая магичка, наверняка благородных кровей, да еще и невеста важного наследника. Инквизиторам живой я, конечно, не дамся, но ситуация безвыходная и безнадежная. Поймают и сожгут. Торжественно и со всеми причитающимися почестями.