Книга Полуночные ведьмы, страница 107 – Элизабет Бекер

Элен улыбнулась. Томас по-прежнему верил, что возможно все, что он способен контролировать свою жизнь и выбирать тот путь, который сам пожелает.

— И все же мой дом здесь, – сказала она, прикусив губу так, что во рту появился металлический привкус крови. Она словно наказывала себя, что теряет любимого, который стоял перед ней. И теряют ту себя, которая могла бы жить в его мире.

Сесиль перекрестила кого-то из солдат и встала.

— Пора, – сказала она, и ее голос громко и гулко пронесся в замкнутом пространстве пещеры.

Элен почувствовала, как Томас взял ее за руку. На какой-то момент она словно вросла в каменный пол пещеры, стала частью окружающего пространства, частью белых скал и моря. Она посмотрела на Томаса и вспомнила, ради чего она здесь. Она будет сражаться до конца войны, сколько бы времени та ни продлилась. Даже если это разобьет ей сердце, Элен ни секунды не потратит впустую, пока Томас еще здесь, в нашем мире.

В стремительном порыве Элен поднялась на цыпочки и поцеловала его. Ошеломленный, пару секунд он только моргал, но потом крепко обнял ее, словно делал это уже не раз. Элен было все равно, что на них смотрят. Она могла лишь обнимать Томаса, слушать его сердце, бьющееся в такт с ее сердцем, запоминать каждую мелочь, запечатывая ее в глубине души.

— Тогда вернусь я. И буду биться за этот богом забытый мир для тебя, пока мы не победим! – Томас с восторгом смотрел на нее, черты его смягчились.

Элен улыбнулась, отчаянно желая, чтобы ночь не заканчивалась. Все, что у них было, – лишь эти мгновения.

— Война закончится, Элен. Наступит «после». И у тебя будет длинная прекрасная жизнь. Я в этом абсолютно уверен, как ни в чем другом.

— Береги себя, Томас, – попросила она, отстранившись; горло у нее сжалось, а в глазах защипало.

— И ты, – сжал он ее руку.

Элен слышала, что сзади идет тетя, но не могла заставить себя отпустить руку Томаса.

— Мне надо идти.

— Ты уже говорила. – Томас смотрел ей в глаза, словно тоже хотел запомнить лицо любимой.

— Нельзя опаздывать, водитель будет ждать, – поторопила Сесиль.

Элен глубоко вздохнула.

— Прощай.

— Никаких «прощай», – покачал головой молодой солдат. – Мы уже не однажды находили друг друга. Я знаю, мы встретимся еще раз. Пожелай мне просто доброй ночи. – И расцеловал ее в обе щеки.

Элен закрыла глаза, мечтая, чтобы время замедлилось и можно было остаться с ним хоть на одну секунду дольше.

— Доброй ночи, Томас.

Она вышла из пещеры за Сесиль, и ночь накрыла их. Небо было невероятно ярким по сравнению с темнотой пещеры. Элен сосредоточилась на дыхании, когда спускались по узкому уступу, и каждый вдох вливал ей в легкие соленый воздух. Запах моря казался запахом дома, далекого, как никогда.

Наконец спутницы достигли тропы и вскарабкались по ней. На дороге было пустынно. Элен повело: она была совершенно истощена событиями последних нескольких дней. Голова закружилась, все поплыло перед глазами. Черное небо, желтая луна, серое море начали сливаться и утекать в пустоту.

И когда мир стал опрокидываться, Элен почувствовала, как тетя взяла ее руки в свои. Тепло потекло под кожу, вверх, к плечам, по спине и груди, пока грубая и острая боль внутри не поддалась и не растаяла.

Послышался гул автомобиля. Сесиль не отпускала руки. Море, казалось, стало спокойнее, волны мягче и ритмичнее двигались в лунном сиянии.