Книга Ледяной дракон. Её истинный защитник, страница 87 – Светлана Алексеева

— Умница, Аврора, — прохрипел я, когда она остановилась на середине.

Мы оба замерли. Она давала время своему телу привыкнуть ко мне. Ее пышная и соблазнительная грудь остановилась напротив моего лица, слюна тут же заполнила мой рот.

Я подался чуть вперед, положил ладони на ее спину и буквально вжался в упругие груди. Я целовал их, ласкал языком твердые горошинки, кончиком прорисовывал свои узоры.

Аврора застонала, откинув голову назад. Ее волосы щекотали мои руки, я не мог оторваться от столь сладкого блаженства.

А потом она забылась в моих ласках и села на меня, окончательно приняв меня.

Наши взгляды встретились. Я пожирал каждую ее эмоцию, каждый выдох, каждый стон. Я ловил губами ее губы, я опустил руки на ее бедра и начал направлять расслабленное тело.

Она была податлива, словно глина. А я был мастером, что творил с ней немыслимое. Я обожал ее, я уважал ее, я любил ее так сильно, что самому становилось страшно.

Наша связь крепла с каждым днем. И видят боги, я искренне хочу обрести семью, я хочу, чтобы Аврора родила мне много детей, чтобы она любила меня так же сильно, как сейчас. Вечность.

Я начал задавать темп, надавливая ладонями на ее бедра. Она начала медленно двигаться на мне, познавая новые ощущения.

Я тонул в ее бездонных глазах. Она шептала мне слова о любви, о счастье. И когда на ее ресницах задрожали слезы, я снял их своими губами.

Я знал, что она плакала от эмоций, которые пережила сегодня. Она плакала от новых знаний, что дала ей Амелия. Она плакала от ощущения наполненности мной.

Дракон был связан с человечкой. И не простой, а с дочерью короля. Священная клятва обретала иной смысл. Клятва становилась слишком личной, теперь ее подпитывала и любовь.

Когда мы вернемся во дворец, я объявлю Аврору, как прямую наследницу трона. Да, она имела на это полное право. В королевстве Лорэйн власть передавалась от старших детей младшим, а Аврора была старше принца Эсмонда.

Я предвкушал эмоции двора, кривые лица королевы и ее сына. Форвальд собирался объявить об Авроре? Поэтому его убили? Новость о внебрачной дочери короля всколыхнет толпу, разбередит старые раны. И убийца оступится. Тогда я буду рядом, и меч мой вмиг нависнет над его шеей.

— Ох, Аврора, — простонал я и сильнее вжал ее в себя.

Кровь бурлила внутри меня, я стал еще крепче и больше. Я приближался к разрядке, мышцы натянулись, как стальные канаты.

И в этот момент Аврора уткнулась лбом в мое плечо, содрогаясь в конвульсиях и пытаясь скрыть громкие крики. Я прижал ее дрожащее тело к себе, перевел наш вес на пятки и начал «добивать» ее сладкое удовольствие, быстрее вбиваясь в ее горячее лоно. Вода плескалась вокруг, как будто мы попали в шторм.

А потом и я протяжно простонал, позволяя себя расслабиться и ловить импульсы дикого наслаждения, что гуляло по моим нервам.

Я убрал волосы, налипшие на щеку Авроры, и нежно поцеловал ее. У нее не было сил даже открыть глаза, но легкая улыбка тронула ее губы.

И тогда я поднялся с ней на руках и отнес ее в кровать. Моя распаренная и розовощекая богиня тут же забылась сном.

Тарион

Весть, которую я собирался произнести, была подобна удару меча по льду. После нее трещины пойдут по всему дворцу.

Я стоял у окна в своих покоях и смотрел на серое небо над башнями Лорэйна. С утра тянуло снегом, ветер трепал флаги на шпилях, и где-то далеко перекликались караульные.