Книга Призраки больше не молчат, страница 2 – Галина Герасимова

— Придержи банши, а я прикончу, – попросил он брата.

— Только побыстрее, сейчас дождь начнется, – поежился Дин, закатал рукава безразмерной куртки, и простенькая мелодия перекрыла горестный плач.

Дин играл на деревянной свирели повторяющийся мотив. Неслышная обычным людям мелодия обездвижила духа, и плач сменился криком, полным ярости и боли. Банши поняла: теперь охотятся на нее.

Затягивать Рой не собирался. Прицелился и выстрелил, обрывая вой, и банши пеплом рассыпалась на наших глазах.

— Третья тварь за месяц. И откуда они все повылезали? – проворчал Дин, убирая свирель обратно за пазуху.

Рой обернулся и едва не споткнулся о ведро: я неудачно поставила его рядышком.

— Идем домой. – Он с усталым видом забрал снаряжение, и мы с Дином подхватились за ним, перестав пялиться на ночное небо. Задерживаться на улице после наступления темноты никому не хотелось.

Свои способности, как и полуночную охоту, братья от людей скрывали. Они стали контрактниками после смерти матери, желая отомстить за ее гибель, и сполна расплачивались за помощь призванных ими духов. Условия у альтов – а именно так назвали духов-контрактников – были разными: напарником Дина стал бывший ученый Эрнесто, воодушевленный юноша, жаждущий знаний даже после смерти, – и Дин учился, учился, учился! Постоянно что-то читал и к своим четырнадцати годам запросто мог замещать учителей в нашей школе. А Рой заключил контракт с духом-охотником и теперь сам преследовал и убивал призрачных тварей.

О контрактниках ходила дурная слава: всем было наплевать, что именно они защищают город. Обычные жители боялись одержимости. Боялись настолько, что с наступлением ночи жители Абендона, нашего богом забытого городка на краю мира, запирали все засовы и старались поскорее уснуть. Не хотелось знать, кто поскребется в заколоченные окна или зловещим шепотом попросит открыть двери.

Когда мы добрались до старой пятиэтажки с обветшалым фасадом, ночь сгустилась окончательно, темным беззвездным одеялом укутав город. Несмотря на неприглядный внешний вид, наш дом был крепким, с обитым железом порогом и такими же массивными дверьми. Мы жили в одном из немногих полностью сохранившихся районов Глуши. Квартира досталась Рою от отца, погибшего в шахте задолго до нашего знакомства.

В Глуши соблюдался комендантский час. Подъезд был закрыт, пришлось пошарить под козырьком в поисках запасного ключа. Лестничная площадка встретила негромким мяуканьем, из темноты выскочил белый как снег котенок, сквозь которого при желании можно было разглядеть ступеньки. Он пробежался между нами, и ноги обожгло холодом.

— Арчи, не балуйся, – зашипел Рой, когда котенок прыгнул ему на плечо, оставляя после себя дымчатый след.

Но ворчал больше по привычке, даже не пытаясь ссадить того на ступеньки.

— Он просто рад тебя видеть.

Я протянула руку и почесала Арчи за ухом.

Кошек в Глуши было пруд пруди, встречались и призраки животных. Но таких ласковых, как Арчибальд, было не сыскать.

Не болтая, чтобы не разбудить соседей, мы поднялись в квартиру. Щелкнули выключателем. Несколько секунд привыкали: глаза успели отвыкнуть от яркого света.

Котенок пронесся вперед, туманным клубком свернулся на табуретке и начал вылизываться. Сказывались привычки – духам не нужно было есть и спать, но они все равно поступали по старой памяти. Я отнесла ведро на кухню, пока Дин отряхивал наши куртки и проверял, не порвались ли они.