Книга Сердце сокола, страница 76 – Галина Герасимова

— А чей это был ребёнок? Младший брат Финиста?

— Сын. Наш.

Я вскинула голову, с вызовом глядя на сестру. Пусть только попробует сказать что-то супротив Алёши! Но сестрица о нём промолчала, вместо этого задала другой вопрос:

— Тот грубый мужик – сыскарь, да? Он упомянул о защите дома. Что с ней делать будешь? Вдруг я захочу ещё прийти?

— Алёна, обычно люди стучатся в дверь, а не ломятся в окна.

Я крутила в руках ложку, с тревогой представляя, что сестрица могла залезть и к нам в опочивальню тоже, а ведь мы… не спали полночи, любились, да Финист к тому же засыпал без одежды. А ещё любил класть руки на самые неподходящие (или подходящие, тут уж как посмотреть!) места, отчего я порой просыпалась с задранным до шеи подолом.

— И вообще, врываться в покои молодых непристойно, – добавила я, смущаясь собственных мыслей.

— Хочешь сказать, вы спите вместе? – фыркнула сестрица, когда же я не опровергла слова, она вытаращила глаза. – Правда? Ты и Финист?!

Кажется, она искренне не понимала, как такое возможно.

— Мы женаты. Матушка и батюшка тоже делят опочивальню, – пожала я плечами.

Своей нежностью и лаской Финист убедил меня, что я любима, но Алёнушка снова пробудила сомнения.

— Ну, ты сравнила!

Сестрица явно собиралась сказать что-то ещё, но вдруг замолчала. Я же почувствовала тёплые руки на своих плечах и повернула голову, позволяя мужу поцеловать себя в щеку.

— Алёша уснул у отца.

Финист присел рядом и отпил из моей чашки. Встать за другой он не позволил, да и ни к чему, нам одной хватало. Его горячие ладони переместились мне на живот – муж не стеснялся обнимать меня при Алёнушке. Интересно, что он слышал из нашего разговора? Судя по тому, как нарочито доказывал, что любит, – многое.

— Не сочти за резкость, Алёна Митрофановна, – холодно сказал он, – для моей жены ты всегда желанная гостья, но в следующий раз пользуйся дверью.

Алёна вздрогнула, как от пощёчины. «Для моей жены». Будто сам Финист не рад её видеть.

— С кем ты приехала? Где остановились?

— С родителями, на постоялом дворе «Белая берёза», – с обидой ответила она, хотя обижаться ей стоило только на себя.

— Тогда с утра я съезжу к ним, предупрежу, что ты у нас. Гостевые покои заняты, но можешь вздремнуть у Алёши. Ты там уже побывала сегодня, – предложил Финист и резко поднялся, потянув меня за собой. – Чай вы, как вижу, допили, а договорите после. Ладе нужен хороший сон, в последнее время она сильно устаёт.

Алёнушка, похоже, не верила, что муж может взять и увести меня прочь, но я не собиралась с ним спорить. Тем более что внутри словно чёртик поселился – хотелось показать сестрице, что Финист мой. Слова шептуна, что она хотела залезть в его опочивальню, не давали мне покоя.

Я обняла мужа, спрятав лицо на груди. Не отдам. Пусть я не красавица, но с лица воды не пить. И любит он меня такую, какая есть.

— Ты идёшь? Мы проводим тебя до опочивальни, – бросил Финист через плечо, и Алёнушке ничего не оставалось, как последовать за нами.

Утром мы с мужем взяли Пенку с Ветром и поехали на постоялый двор. Не терпелось увидеть батюшку. Раньше мы не расставались надолго, дольше недели он в отъездах не бывал, а тут почти месяц минул. Первой я повстречала Варю – та привыкла вставать на ранней зорьке и сейчас не сдержалась, выскочила за ограду в большой город. А может, подарок мужу прикупить решила, кто знает. Я заметила её издалека и, соскочив с Пенки, бросилась навстречу, совсем забыв о том, что и сама замужем и должна вести себя чинно. Финист только посмеивался, глядя на нас.