Книга Не ходи к гадалке, Лиззи!, страница 141 – Галина Герасимова

— Макенна понимает, что, когда правда вскроется, она убьет этим репутацию газеты? – С трудом сдерживая гнев, Лиззи откинула черновик, хотя гораздо сильнее хотела разорвать его на маленькие кусочки.

— Ты не поверишь, но даже Адам против этой статьи. – Нинель с сожалением покосилась на ополовиненную коробку пончиков и отодвинула подальше от себя. Все-таки она принесла пончики Лиззи и хотела, чтобы подруга их тоже попробовала. – Макенна так кричала! В последнее время она злится по поводу и без. С ней только Гилберт справляется, и то лишь потому, что на старого вояку крики не действуют. Мартин собирается увольняться, да и я, если честно, подумываю…

Нинель сцепила пальцы в замок. Для нее работа была не просто увлечением, а неплохим финансовым подспорьем. Девушке не прочили блестящего будущего и богатого мужа: младшая в семье, за которой не давали особого приданого, да еще толстушка, что в нынешний век корсетов и осиных талий было не в моде. Ее родители считали, что в первую очередь надо ставить на ноги старших сыновей. Нинель тоже не жаждала выходить замуж за первого встречного, копила на небольшой домик где-нибудь в пригороде и присматривалась – вдруг попадется достойный молодой человек? Уйти сейчас из газеты – все равно что перечеркнуть год упорной работы. Лиззи знала, каково это, и не хотела, чтобы подобное испытала Нинель.

— Не дурите, Макенна покричит и успокоится. Разве мы не хотели вместе выпускать лучшую газету в Хостфорде? – попыталась успокоить она подругу.

— Вот именно! Лучшую газету, а не желтую прессу! Да, у нас появился новый печатный станок, и бумага стала качественнее. Но лучше бы мы оставались маленьким и честным изданием, чем продажной прессой! – в сердцах воскликнула гостья.

Лиззи еще раз посмотрела на черновик статьи, сжала пальцы в кулак. Она больше не была частью «Чистого листа», но пустить все на самотек не могла. Газета помогала убийце оболгать невинного человека! Да после такого лучшее, что может сделать редактор, – закрыть издание и распустить штат.

Нет! Этого не случится!

— Возвращайся в контору и скажи Макенне, что завтра сама зайду, – хлопнула она ладонью по столу. Поймала недоуменный взгляд подруги и решительно заявила: – Если она хочет эксклюзивный материал – она его получит.

Год назад Лиззи стояла перед конторой «Чистого листа» с трепетом. Увидев объявление по набору персонала в новую газету, решила попробовать себя в журналистике. Задание отсылала почтой: надо было осветить любое значимое событие в городе за прошедшую неделю, и Лиззи выбрала ограбление банковской кареты. Брат рассказывал о нем в подробностях, так почему бы не написать? Подпись Лиззи поставила как «м. Уоллис», а на следующий день ее пригласили в редакцию.

Тогда Макенна не на шутку удивилась, увидев вместо мистера Уоллиса девушку, поскольку была уверена, что статья, пестрящая короткими, но яркими фразами с долей иронии и между тем драматизма, написана мужчиной. Но упускать нового сотрудника с определенным талантом не стала. Поначалу присматривалась к Лиззи, давая ей небольшие статейки. Затем, словно в шутку, предложила написать от мужского лица. «Аркано» родился сам по себе, снискал любовь публики и вскоре прочно укоренился в газете.

Лиззи гордилась, что пишет для «Чистого листа». Это было непросто: перепроверять, казалось бы, правдивую информацию и рисковать, влезая в такие авантюры, что у Адама иногда сдавали нервы, а Гилберт молча напивался после работы. Команда работала как слаженный механизм, и каждый ее член был важен – пусть Нинель или Мартин почти никогда не брались за опасные дела, но без их помощи «Чистый лист» не смог бы подняться так высоко. Каждый вышедший номер требовал огромной отдачи и потому был особенным. А Макенна, несмотря на трудный характер, стала для всех образцом для подражания. Именно она просиживала в конторе дни и ночи напролет, договаривалась с инвесторами, и умудрялась находить сенсации там, где их никто не ждал, словно чуяла, что именно в театре произойдет грандиозный скандал между танцорами или преступник решит ограбить антикварную лавку!