Книга Не ходи к гадалке, Лиззи!, страница 86 – Галина Герасимова

— Могу позвать зевак, что толпятся снаружи! – рыкнул Адам.

Мальчишка, который принес пирог, видел сцену нападения и взбаламутил всю округу. Целителей уже позвали, соседи выползли из домов, но заходить к художнику боялись.

Даниэль захрипел, вызывая у Лиззи уже не страх, а острый приступ паники.

— Адам, ты мужчина или нет? – попыталась воззвать девушка к журналисту, но своя шкура тому была явно дороже.

— Ты сама говорила, что нет. Я до прибытия полиции никуда отсюда не уйду, – нервно предупредил он. – Не хочу, чтобы меня пырнули за компанию.

Когда подъехали лекари, уже знакомый целитель, увидев Лиззи, удивленно приподнял брови.

— Мисс, вы теперь помогаете всем нуждающимся? Не хотите у нас стажироваться?

Он отвел ее руки и сам ловко зажал рану. Прикрикнув на застывшую столбом помощницу, забормотал заживляющие заклинания.

Лиззи отошла к столу, чтобы не мешать, и незаметно сунула несколько похожих набросков в ридикюль. Для полиции оставшихся портретов в качестве улик будет достаточно, а улыбается на портрете девушка или грустит, не так важно. Но выйти на улицу, чтобы допросить мальчишку-разносчика, не вышло – задержала полиция. Без дозволения капитана выпускать кого-либо из дома запретили. Хорошо хоть позволили заглянуть в ванную комнату, иначе так и пришлось бы сидеть с окровавленными руками!

Габриэль появился спустя четверть часа. Лекари к тому времени закончили колдовать над мистером Поулом и готовили его к транспортировке. Художник потерял много крови, но, похоже, родился под счастливой звездой, целители давали хороший прогноз.

Ворвавшись в дом, брат в ужасе уставился на Лиззи. Она не сразу поняла, почему у него такой испуганный взгляд, и только посмотрев на свою юбку в крови, запоздало сообразила.

— Я не ранена.

— Просил ведь себя беречь!

Габриэль подлетел к ней, но Лиззи покачала головой.

— Это не моя кровь. Преступника спугнул доставщик, мальчишка. Вон тот, в полосатой рубашке, – пояснила она, кивнув на уличную толпу. – Ты бы поторопился перехватить, а то свидетель потеряется.

Зеваки медленно, но верно расходились. Может, постояли бы подольше, обсуждая происшествие, но дождь усилился и разогнал всех по домам. Да и художника забрали в лазарет, а не в морг – такая новость пропала!

К счастью, поймать преступника для Габриэля было важнее, чем прочитать сестре долгую лекцию о безопасности.

— Позже поговорим, – только и сказал, перекинувшись парой слов с целителем и дав разрешение на перевозку.

Сначала офицер допрашивал мальчишку-разносчика, потом жителей соседних домов. Адаму ждать надоело, и он спросил, как долго им еще куковать в доме. У него, между прочим, сенсация простаивает – нападение на известного художника посреди бела дня! И кто понесет ответственность, если другая газета выпустит новость раньше?

Когда надо, Адам умел быть убедительным. Молоденький сержант сбегал к начальству и вернулся с разрешением провести допрос самому. Пыжась от важности, что ему доверили допрос, он едва не замучил их уточнением деталей, пока не вмешался подъехавший Керн. Маг только и спросил, что они здесь делали и видели ли преступника, и отпустил, неодобрительно покосившись на Лиззи, мол, снова влезла в опасное дело. Можно подумать, она специально это сделала!

Плащ скрыл от прохожих следы крови на подоле, а в магазине готового платья Лиззи обзавелась новым нарядом, оставив старый на чистку. Она хотела заехать в доходный дом, успокоиться, выпить чашечку чая, но на полдороге передумала и попросила кучера повернуть к гадательному салону. Если отложит, начнет сомневаться. Закроется дома, испугавшись, что преступник решит убрать ее как свидетеля. Сейчас же она уверена, что надо действовать. Конечно, выступать против мэра глупо, но не глупее, чем позволить несостоявшемуся убийце гулять на свободе.