Книга Лена в гареме у дракона или дракон у Лены, страница 10 – Ольга Барыкина

И посреди всего этого великолепия на столе сидела Лена. С половником. С видом женщины, которая уже мысленно написала жалобу на весь этот мир.

А рядом медленно булькал огромный котёл с борщом.

Запах стоял такой, что даже у мрачных дворцовых поваров в глазах впервые за долгое время появилась надежда. Не на будущее. Хотя бы на ужин.

— Повелитель… — прохрипел главный повар.

Мужчина даже головы не повернул.

Он смотрел только на Лену.

— Позволь представиться, — произнёс он с таким количеством аристократического пафоса, что у ближайшей служанки чуть не случился обморок. — Люциус фон Эйзенвальд Лютый. Повелитель северных земель. Хозяин Пепельных гор. Последний из рода огненных драконов. Победитель…

Лена подняла ладонь.

— Стоп.

На кухне кто-то уронил ложку.

Люциус медленно замолчал.

— Ты ещё минут десять перечислять титулы будешь? — устало спросила она. — Потому что у меня борщ выкипает.

Тишина стала настолько плотной, что ею можно было штукатурить стены.

Повелитель драконов медленно моргнул.

— Ты перебила меня.

— Да. — Во время представления. — Оно было слишком длинное.

Главный повар уже выглядел человеком, который мысленно прощается с семьёй.

Люциус сделал шаг вперёд.

Красивый, зараза. Вот прям раздражающе красивый. Так выглядят мужчины, которых нормальные женщины обходят стороной ради собственного психического здоровья.

Чёрный камзол сидел на нём идеально. Золотые глаза смотрели внимательно и чуть устало. А выражение лица было таким, будто последние лет двести его окружали исключительно идиоты.

Лена подумала ещё пару секунд и подвела итог:

«Ну да. Дракон. Очень дорогой. Очень пафосный. Очень уставший».

Люциус остановился возле огромного котла с таким видом, будто перед ним сейчас находился либо древний артефакт, либо очень хорошо замаскированное покушение, потому что запах, поднимавшийся над кастрюлей, совершенно не соответствовал его жизненному опыту общения с дворцовой кухней.

Он медленно втянул воздух, нахмурился и ещё раз посмотрел в котёл, словно надеялся, что сейчас всё-таки выяснится какая-нибудь логичная и привычная причина происходящего.

— Что это? — наконец спросил он, не отрывая взгляда от борща.

— Борщ, — спокойно ответила Лена, помешивая суп так невозмутимо, будто каждый день объясняла драконам основы нормального питания.

Люциус помолчал ещё пару секунд, после чего произнёс с искренним подозрением:

— И почему он пахнет… хорошо?

Вопрос прозвучал настолько растерянно, что Лене даже стало его немного жалко.

Совсем чуть-чуть.

— Потому что в еду обычно добавляют специи, мясо и элементарное желание, чтобы люди после ужина не впадали в экзистенциальный кризис, — пояснила она таким тоном, каким взрослые обычно разговаривают с детьми или очень уставшими мужчинами.

Где-то у стены кто-то тихо кашлянул, пытаясь скрыть смех, но сразу же испуганно затих, когда Люциус повернул голову.

Впрочем, смотрел он недолго, потому что почти сразу снова перевёл взгляд на кастрюлю, а затем неожиданно для всей кухни взял лежавшую рядом деревянную ложку.

И вот тогда помещение окончательно погрузилось в тот особый вид тишины, который возникает перед катастрофой, казнью или внезапной налоговой проверкой.

Главный повар побледнел настолько быстро, что Лена на секунду испугалась, как бы мужчину прямо сейчас не пришлось откачивать этим же борщом.