Онлайн книга «Попаданка наоборот»
|
Вейра медленно сняла мокрое пальто, поставила сумку на стул и только потом повторила спокойнее: — Что случилось? Алина раздражённо выдохнула и отвернулась к плите: — Ничего. Это звучало как очевидная ложь. Лёша сразу опустил глаза, а Соня крепче сжала карандаш. Вейра почувствовала, как внутри поднимается знакомое холодное спокойствие человека, привыкшего разбираться с кризисами. Во дворце после такой тишины обычно выяснялось что-нибудь крайне утомительное: пропавшие деньги из казны, сорванные поставки, чья-нибудь истерика на приёме или особенно талантливый идиот, перепутавший бокалы во время попытки отравления.Здесь, конечно, всё выглядело скромнее.Но выражения лиц были абсолютно те же. Она подошла ближе и сразу увидела на плите кастрюлю с почерневшим дном, от которой по кухне всё ещё тянуло тяжёлым запахом подгоревшей каши. Рядом по столу рассыпалась крупа, словно её пытались второпях собрать обратно в пакет, а возле мусорного ведра лежала разбитая кружка с отколотой ручкой и мелкими осколками, которые почему-то никто так и не решился убрать. Несколько секунд Вейра просто молча рассматривала кухню, потом перевела взгляд на детей. Лёша сидел за столом с таким напряжённым лицом, будто мысленно уже готовился к очень неприятному разговору. Соня замерла, крепко сжав в руках карандаш. Алина стояла у плиты с упрямо поднятым подбородком, но при этом слишком напряжённой спиной, и Вейра слишком хорошо знала этот вид показного раздражения — обычно так выглядят люди, которые на самом деле ждут удара и заранее готовятся защищаться. — Так, — спокойно произнесла она. — Кто мне объяснит, почему кухня выглядит так, будто здесь пытались выжить после стихийного бедствия? Никто не ответил сразу. Потом Алина раздражённо выдохнула: — Мы просто хотели приготовить ужин. — Понятно, — кивнула Вейра. — А ужин, судя по всему, был против. Лёша неожиданно пробормотал: — Это я виноват… Сказал он это так тихо и виновато, словно речь шла не о кастрюле каши, а минимум о поджоге квартиры. Соня тут же торопливо вмешалась: — Нет, не только он! Я кружку разбила! — А крупа? — спокойно уточнила Вейра. — Пакет порвался, — нехотя призналась Алина. — А потом каша начала убегать, Соня уронила кружку, Лёша отвлёкся, и… Она махнула рукой в сторону плиты. — В общем, вот. На кухне снова повисла напряженная тишина, как будто дети заранее ожидали крика и обвинений. Вейра посмотрела внимательнее и вдруг очень ясно поняла: дети сейчас боятся вовсе не из-за кастрюли. У Вейры внутри неприятно сжалось что-то тяжёлое. — Подождите, — медленно сказала она. — Вы что, серьёзно решили, что я сейчас устрою скандал из-за этого? Дети молчали. Но этого молчания было достаточно. Лёша осторожно поднял глаза: — Мы хотели как лучше… И от того, как он это сказал — тихо, виновато, заранее готовясь к раздражению взрослого человека, — Вейре стало окончательно не по себе. Она устало провела рукой по лицу, потом снова посмотрела на кастрюлю. — Так, — произнесла она уже спокойнее. — Давайте разберёмся. Никто не пострадал? Дети растерянно переглянулись. — Нет… — Квартира не сгорела? — Нет… — Отлично. Значит, трагедию отменяем. Соня моргнула так удивлённо, будто не сразу поняла смысл услышанного. Алина нахмурилась: — Ты не злишься? |