Книга Возрождение, страница 29 – Яна Гущина

— Ты уж определись кто мы — «обычные», «необычные», или «избранные». А то как-то получается всё крайне непонятно. Ещё пару дней назад я была самой обыкновенной девчонкой, и вдруг «избранная».

Змея устало посмотрела на Наташу и недовольно проворчала:

— Сколько раз тебе повторять, что как только ты побывала по ту сторону реальности, увидела Чёрного Принца и вернулась в мир обычных людей, ты стала Избранной. Отныне ты всегда будешь принадлежать Чёрному Принцу. Причём, кажется, я тебе уже сто раз говорила, что ты — единственная, кто возвратился.

Наташа кивнула и продолжила донимать змею вопросами.

— Ладно, со мной мы разобрались, а причём здесь Арджун? Он-то вовсе не был в Чёрном Мавзолее. Да и вообще понятия не имел, что тот существует. И до сих пор не знал бы о нём, коль я не сказала ему о том, что приключилось со мной и Виджу.

Змея подползла к Арджуну, будто хотела обнюхать его, обвилась возле ноги, а затем, заскользив по телу парня, вползла к нему на плечо. И тут она сказала то, отчего и Наташа и Арджун обомлели.

— Вы с братом — двойняшки. Родились в один день, с разницей в полчаса. Хоть вы не близнецы, и не абсолютно похожи друг на друга, но ваше сходство настолько заметно, что порой вас можно и попутать. Так вот, твоя связь с братом так же велика, как и сходство. То, что он смог пройти меж реальностями, наложило отпечаток на тебя. Ты теперь тоже можешь попасть в Чёрный Дворец, если захочешь, конечно. Ты — Избранный, нравится тебе это, или нет.

Откровения змеи застали молодых людей врасплох. Они не ожидали такого и недоумённо уставились друг на друга. Что же это получается, что из простых юноши и девушки они вдруг превратились в неких «Избранных», которым доступно то, чего они пока сами не знают?

К сожалению, змея могла не только разговаривать, но ещё и читать мысли. Это её качество могло взбесить кого угодно — ну кому приятно, когда роются в его мыслях, сокровенно припрятанных в голове? И вот когда она заявила Арджуну, что зря он думает о том, что она и сама не знает, что говорит, парень ухватил её за горло и слегка придушил.

— Не лезь ко мне в голову! Я человек мирный, но не позволю копаться в своих мозгах! Так что не доводи меня до гнева!

Бросив Кобру на землю, он брезгливо отряхнул плечо, на котором она до этого сидела.

— Да, уж, «мирный», я это уже заметила, — недовольно проворчала змея, поспешно отползая в сторону.

Но зато после этой стычки она заметно поумерила свой гонор, перейдя на более дружественный лад, хотя, возможно, не на столь длительный срок, как хотелось бы.

Чтобы как-то отвлечь всех от случившегося инцидента, Наташа присела на корточки перед змеёй и попросила:

— Кобра, отведи нас, пожалуйста, в Летописный зал. Полагаю, что мы найдём там много ответов на наши вопросы.

Змея всё еще обижалась на Арджуна, поэтому ворчливо отметила:

— А чего тут вести-то? Тоннель лежит прямо туда. Идите вперёд. С дорогой ошибиться невозможно.

* * *

Пройдя не более пятидесяти метров, Наташа и Арджун обнаружили, что проход начал расширяться, превращаясь в большой подземный зал с высоким сводом.

Витиеватый узор начинался где-то наверху и спускался вниз, отчего белоснежный зал походил на воздушное ажурное кружево. Пять массивных колонн, взмывающие ввысь, поддерживали всё это немыслимо интригующее сооружение. На стенах горели факелы, будто кто-то заботливой рукой совсем недавно зажёг их, поджидая путников.