Книга Вполголоса, страница 5 – Наталья Филимонова

Этот снег о тебе, о тебе – не иначе –

Шепчет на языке многозначном.

Мне его переводят холодные звёзды,

Видишь – с неба летят белоснежные грозди.

Этот снег о любви, но об этом ни слова.

Осыпает меня. Сыпет снова и снова.

Мне его предсказали летящие птицы.

Собираю любовь по крупицам,

Будто крохи от млечного снеговорота,

От земли до небес, будто песню по нотам.

Вот же! Вот! Снег воздушен и бел.

Это он о тебе, о тебе.

Не устаю сопротивляться

весне и твоему обаянию,

которые то и дело

отвлекают меня от мысли,

что закончилась зима,

а я всё ещё живу в том времени,

где снег – это лучшее,

что могло со мною случиться.

Я у тебя прошу совсем немного –

Верни себя. Ко мне себя верни.

Любовь твою ничем не заменить,

В ней есть и от ребенка, и от Бога.

Когда стоит над нами синева

Ночного неба, и косится строго –

Снимает траур черная зима –

И терпеливо смотрит на дорогу.

Холодно так, что трясутся поджилки.

Ты собираешь свои пожитки,

складываешь в рюкзак и молча

уезжаешь ночью.

Холодно так, что становится страшно.

Ты принимаешь решение важное,

долго молчишь, не отвечая.

Ветер бьётся в окно отчаянно,

холодно так, что непонятно

всё ли в порядке.

Мёрзну от боли, не чувствуя ног,

будто испытывает Бог

нас с тобой на желание вместе

быть, но на моём месте

ты бы не смог…

Говори о любви только

шёпотом или взглядом.

Намекай, обнимай,

ну а большего и не надо.

Не пугай это чувство,

оно повидало немало,

Пусть останется так,

как задумано и предстояло.

Говори между строк –

я умею читать, я слышу.

Только тише, пожалуйста!

Только, пожалуйста, тише…

Если хочешь, пиши

на любом языке или жестом…

Я пойму тебя,

я почувствую,

честно-честно.

Вода в реке уснула. Чуть дыша

Трепещет город шумными речами.

Качаю озорного малыша –

Ему не спится белыми ночами.

Уставшие от всякой суеты,

Немые мысли следуют по кругу,

И держит день невидимую руку

На чёрной вене плещущей воды.

Встрепенулась земля, будто птица отросшими перьями:

Перед тем, как взлететь, набирает и силу, и вес.

Посмотри, как дрожит в напряжении лес,

Выбирая себе направление верное.

И, цепляясь за небо, взлетает листва многоликая,

Заполняя просвет, в безграничное эхо весны.

Солнце ластится к тоненьким веткам и прыгает

На тебя – чаще сверху, чем со спины.

Ты стоишь и молчишь, заслоняя меня от величия…

Чтобы я удивлялась тобой, а не кем-то другим.

Только эта любовь… только эта любовь горемычная

Никогда не подаст мне руки.

Вся она – предвестница печали –

В чёрное одета и молчит.

На руках своих её качаю,

Будто дочь, не спящую в ночи.

Смотрит на меня и не отводит

Глаз своих холодных и больших.

Вот она – кто иссушает воды

В родниках тоскующей души.

И неповторима и прекрасна.

Выше мысли, тише тишины.

Пред её неудержимой страстью

Все без исключения равны.

И глядит в меня, не улыбаясь,

Согреваясь на моей груди.

Я ей напеваю: баю-баю,

Отдохни, поспи, не уходи…