Онлайн книга «Нога судьбы, или Истории, рассказанные за чашечкой кофе»
|
Вот только говорить Василинке о том, кто он такой, Иванушка наотрез отказался. — Ты пойми, – горячо втолковывал он Ягенке, – ведь я хочу, чтоб она самого меня полюбила. Меня, понимаешь? А не княжича. Ведь я ее увидел – не знал, что вещунья она, просто девушку увидел – и влюбился. Вот и она… Вот как скажет – люблю, мол, тебя, на край света за тобой пойду, будь ты хоть бродяга распоследний – вот тут я и буду знать, что впрямь – любит. Тогда и раскроюсь ей. А до тех пор – не скажу. И ты помалкивай! Обещала. Ягенка слушала и улыбалась про себя. Вот ведь, думала она, сложностей себе навыдумывали. Что Иван, что Василиса. А ведь все так просто на самом деле! Вот как у них с князем Кащеем. И неважно – кто кого ждал и кто ты такой есть на самом деле. Однако ей и впрямь пришлось поклясться Ивану не раскрывать его тайну до времени. * * * Лето тянулось бесконечно долго, будто нарочно растягивая ожидание. Впрочем, ждать Ягенке тоже было радостно. Липень выдался в этом году на диво знойным, так что девушка день – через день бегала купаться к маленькому озерцу, скрытому в густой тени лесных деревьев. Вода здесь почти всегда оставалась прохладной, так что можно было ненадолго отдохнуть от вечной жары. А заодно порой и поболтать немного с приятельницами – водяницами. — Хорошо у вас, – говорила она, расчесывая волосы после купания. – Только здесь и можно отдохнуть. А то весь день так душно, мне даже дурно делается… — Надо же, а по тебе не скажешь, – хихикали водяницы, – прямо светишься вся, зарумянилась, даже вроде поправилась… Поправилась? Ну да русалкам ведь лишь бы что сказать да похихикать, они болтушки известные. Возвращалась домой задумчивая, что-то считала про себя, загибая пальцы. Дома наклонилась к бадье с водой, долго придирчиво рассматривала собственное отражение. А затем, улыбаясь, положила наконец ладони на живот. — Ну здравствуй… маленькая княжна. * * * Серпень был на исходе, и ожидание сделалось уже почти нестерпимым. Листья были еще зелеными, жара и не думала спадать, но в воздухе чуялось уже дуновение предстоящей осени, дождливой, листопадной. И небо сделалось по-осеннему синим-пресиним – как глаза молодого князя. Вот в такой-то ясный синий день пришла на порог лесной избушки беда. Бегущего, спотыкаясь, Иванушку Ягенка приметила в окошко издалека. Вышла на крыльцо – встречать. Про себя подумала – уж не заболел ли кто? Надо же, а ведь на Ване-то лица нет – и о ком бы пришлому княжичу здесь так переживать? Кольнула беспокойная мысль: неужто… Василинка? — С Василисой беда! – задыхаясь, выкрикнул Иванушка, еще не добежав до крыльца. Сделал еще несколько шагов, остановился, наклонился, уперев руки в колени, пытаясь отдышаться. В правой руке у него была какая-то бумага. Письмо? Да кому бы его писать-то? И зачем? Грамоте в селе немногие были обучены – поп да дьякон, да еще вот колдуньи, Василинка и Ягенка, да мать василисина. — Что случилось? — Увезли Василинку… Приехали люди князя Заозерного, велели собираться. Вот, только письмо тебе и успела написать, забрали ее… Ягенка быстро подскочила к Иванушке, ничего не спрашивая, выдернула бумагу из его руки, впилась глазами в прыгающие строчки. «…сватов прислал. Еду к нему, к судьбе своей, и что будет – знаю, а понять не могу. |