Книга Лаванда и ментол, страница 52 – Александра Рябкина

Стрекот в ушах нарастал, а силуэт впереди с каждой секундой расплывался все сильнее подобно миражу в пустыне. И пусть старик становился все призрачнее, его улыбка обретала четкие и яркие контуры. Пугала.

Лисьи клыки утопали в чьей-то крови, а ухмылка растягивалась в хищном оскале. Незнакомец в мгновение ока оказался перед Су Ен, испугав настолько, что она упала навзничь, больно ударившись поясницей, отбив и расцарапав ладони обо что-то жесткое.

Она подняла руки к глазам, уверенная в том, что ничего не увидит в окружающем мраке.

Пахну ло ржавчиной и солью.

Так пахли кандалы, которые браслетами обнимали запястья Су Ен. Испещренные зазубринами и съедаемые коррозией, они стирали кожу на руках, оставляя кроваво-алые отметины.

Другой конец цепи сжимал в скрученных временем пальцах старик. Су Ен с ужасом различила за его спиной небольшой, но смутно знакомый шкаф. Дверцы его были открыты, напоминая голодную пасть чудовища. Тьма внутри приводила в звериный ужас. Кан Су Ен давно не испытывала страха, от которого немели ноги, а голос застревал в горле.

— Это всего лишь кошмар, – затараторила себе под нос Су Ен, стараясь не обращать внимания на боль, которая с треском обрушилась на тело. Физическая боль и правда была для ругару меньшим из зол. Особенно когда призрачных фигур вокруг становилось все больше, а их плотоядные улыбки – злее и алчнее.

Су Ен чувствовала их невысказанные просьбы, их фырканье и скрежет когтей по каменному полу.

Черт возьми, она была здесь не в первый раз!

Старик потянул цепь, с маниакальной улыбкой на лице наблюдая за тем, как Су Ен пытается вырваться.

И дело было не только во снах. Это чувство дежавю отчего-то показалось особенно нереальным. Словно она смотрела на розового единорога, который заговорил с ней человеческим языком.

— Что вам от меня нужно? – Звон металла на мгновение развеял усмешки вокруг, пока Су Ен пятками упиралась в пол. Хотелось заглушить всех призраков, заглушить миллионы идей и предположений.

Ей хотелось спать! И чертовы кошмары не позволяли! Су Ен утопала в своем ужасе, словно в рисовом клее. Он буквально покрывал каждый сантиметр ее кожи, не давая выбраться, не давая сделать лишнего вздоха.

Но в беспорядке, пахнущем страхом, злостью и соленым омерзением, Су Ен ощутила нечто новое, чего раньше никогда не было в ее кошмарах.

Через стену непроглядного отчаяния Су Ен уловила успокаивающий аромат зеленого чая и ментоловых конфет. Настолько слабый, что в первую секунду ее одолело щемящее чувство разочарования. Но потом…

В полудреме, как будто все еще одной ногой находясь в ночном кошмаре, Су Ен очнулась на диване на первом этаже. Ее тонкие руки обвились вокруг подушки, от которой пахло зеленым чаем и мускусом.

Мрачный, полный призрачных лисиц сон развеялся, как туман, исчезающий с первыми лучами теплого солнца. Тьма сменилась солнечным днем в загородном доме, где летний ветерок трепал волосы, а в руках была зажата смешная керамическая кружка ручной работы, изрисованная забавными рожицами мультяшных медведей. Один из зверьков лежал на спине, деловито подложив под голову лохматые лапы. Несуразная кружка, которую Су Ен никогда бы не смогла найти в реальной жизни. В ней дымился чай. Зеленый. Спокойный сон для Су Ен пах именно так. А еще мятным леденцом, который она перекатывала языком во рту.