Книга Поменяться местами. Бунтарка и тихоня, страница 7 – Вероника Крымова

— Ну что, дикарка? - его губы почти коснулись моей щеки. - Проиграла? Видишь, что бывает, когда играешь с огнём без правил? Иногда он сжигает и тебя, особенно когда за дело берётся тот, кто знает, как им управлять.

Ксандер выпрямился, оставив меня лежать на горячем грунте, и повернулся к багровеющему от ярости тренеру, уже принимая вид оскорблённой невинности.

Я, откашлявшись, поднялась на локти. Голова гудела, лицо пылало, но не от ожога, а от бешенства. Со злостью посмотрела ему вслед, сжимая в кулаке пригоршню раскалённого пепла.

Тренер Смок, ворча себе под нос, отвел Ксандера в самый дальний угол полигона, а взамен поставил мне в пару Лис. Юркая рыжая первокурсница, похожая на взъерошенного воробья, подпрыгивала на месте, полная неиссякаемой энергии. Её файерволы были такими же, небольшими, ярко-жёлтыми, как искры, и невероятно проворными, они не ломили напролом, а петляли, ныряли и жалили точно в цель, особенно по хаотично расставленным мишеням, имитирующим движущиеся объекты.

— Эй, Рокси, ты как? - поинтересовалась Лис, вытирая рукавом сажу с курносого носа и оставляя на лице новый, ещё более забавный размазанный след, ярко-зелёные глаза смотрели с неподдельным беспокойством.

— В полном порядке, - буркнула я, поднимаясь на ноги и смахивая с формы спекшийся грунт, спина ныла, а щека пульсировала от едва коснувшегося кожи огненного шара, но это было ничто по сравнению с негодованием, бушевавшем внутри. Вновь бросила полный ярости и презрения взгляд на Ксандера, а засранец ответил усмешкой, прежде чем вновь принять вид идеального ученика, демонстрирующего очередной безупречный бросок.

Тренировка продолжилась, и работа с Лис оказалась глотком свежего воздуха. Техника рыженькой адептки была не про грубую силу, а про скорость, изворотливость и неожиданные углы атаки. Правда девчонка болтала без умолку, комментируя каждый свой бросок, и её заразительный энтузиазм понемногу вытеснял из меня желание немедленно подпалить зад Ксандеру. Я сосредоточилась на точности, пытаясь сочетать свою мощь с её маневренностью, и к концу сессии мы с ней уже слаженно обработали целый ряд мишеней, устроив настоящее огненное шоу.

Когда Смок, наконец, свистнул, объявляя конец тренировки, я чувствовала приятную усталость в мышцах и относительное спокойствие в душе. Уходя с полигона одной из последних и устало перебирая ногами, я подняла с земли сумку, повесила её на плечо и уже направилась к выходу, как вдруг внутри что-то звонко звякнуло.

Я замерла. Упс…

Сердце буквально ухнуло в пятки. Ой-ё-ё-юшки! Лабораторная по зельеварению! Готовая, выполненная в срок, и совершенно бесполезная, если я не занесу её на кафедру алхимии до конца дня, а день, судя по длинным вечерним теням, уже подходил к концу.

— Ах тыж, дурья башка! - выругалась я себе под нос и, забыв об усталости, рванула с места.

Учебный корпус в это время суток напоминал гробницу, в буквальном и переносном смысле. Длинные коридоры, освещённые лишь тусклыми магическими светильниками, сейчас стояли абсолютно пустые, и тишина была такая, что слышалось эхо собственных шагов, гулко отдававшееся от высоких каменных сводов.

Я влетела в знакомый коридор, где находилась кафедра и мои надежды рухнули в тот же миг. Массивная дубовая дверь кабинета профессора Бриара была заперта, дёрнула ручку - никакого результата, пришлось постучать, но в ответ получила только глухой звук, отозвавшийся в пустоте. Собственно можно было догадаться по темному окну в двери, что там уже давно никого не было.