Книга Поменяться местами. Бунтарка и тихоня, страница 96 – Вероника Крымова

— Вот именно, - многозначительно приподнял брови Дэриан. — Насколько я понял, лорд Сомерсет напал на Ашбертона и использовал ментальную магию, чтобы убить.

— Да ладно…- Джонас удивленно скривил лицо, явно не веря нашим словам. — Даже не верится, что такое высокопоставленное лицо замешан в этом и имеет како-то отношение к Кругу Изначальной Тьмы. Рокси, ну чего молчишь? Твой приятель несет какую-то чехарду, уверяет что целый министр похитил студентку на виду у всех. Честное слово, если бы я не знал тебя, то подумал…

— Ну ты же сыщик, - фыркнула я.- Разве не можешь отличить правду от лжи? Реально думаешь, что Дэриан мог все это сочинить? И нафига ему это…

— А кто вас знает, - набычился Гром.- Набедокурили поди в своей этой академии, и сейчас вам всем грозит отчисление…ну мало ли…и девочку невинную втянула в свои игры…

— Ты дурак, да? - рявкнула я, сжимая кулаки. - Пока мы здесь стоим препираемся, Трис наверняка уже увозят куда-то, нужно действовать, немедленно!

— Ну так рассказывай, зачем тайному обществу понадобилась пустышка, - резко отозвался Джонас.- Ну, я жду…

— Я… не могу сказать, — судорожно вздохнула. - Правда…

— Рокси, сейчас не до тайн! Я должны понять, что происходит, чтобы действовать!

— Честно, не могу, это слишком серьёзно. Правда, прости, это не моя тайна. Но поверь, если эти люди получат то, что ищут… — я замолчала, не в силах произнести это вслух.

— Ладно, — выдохнул Гром, проводя рукой по лицу. — Где нам её искать?

— Ты же ищейка, — я посмотрела на него с надеждой. — Давай…

Гром на мгновение сосредоточенно задумался, а потом резко обернулся в сторону дальней части площади.

— Обычные экипажи и двуколки стоят на улице, — сказал он уверенно. — А вот карета министра наверняка должна находиться под охраной на территории академии, таков протокол принятия государственных лиц.

— Я знаю где это, — отозвался Дэриан.

Не теряя ни секунды, мы бросились за Вальтуром. Конюшни академии находились в дальней части парка, скрытые от посторонних глаз высокими тисами и вековыми дубами. Чёрная карета министра уже стояла на аллее, запряжённая парой вороных коней, которые били копытами, роняя облачка пара из ноздрей. Возница, завидев нас, натянул поводья — лошади рванули с места, их копыта застучали по обледенелой брусчатке.

Мы опоздали на считаные мгновения.

— Ну ладно, меня и так считай исключили из академии, хуже уже не будет… — пробормотала я себе под нос, поднимая руку, чтобы метнуть файервол.

— Эй, Огонечек! — мама резко схватила меня за запястье. — Это будет считаться нападением на государственное лицо и приравнивается к измене.

— Но они сейчас уедут! — я дёрнулась, пытаясь высвободить руку.

— Угу, я вижу. Но я не хочу, чтобы тебя арестовали. Мало ли что… — она отпустила меня, шагнула вперёд и сама вскинула руки.

Мамулин файервол был идеальным — огромным, ослепительно-алым, спрессованным в сферу такой чистоты, что у меня перехватило дыхание. Она прицелилась и ловко метнула его вперед, так что снаряд, описав невероятную дугу, миновал все преграды и угодил прямо в колесо кареты. Дерево треснуло, ось хрустнула, и экипаж, жалобно скрипнув, замер на месте. Кучер едва удержался на козлах, натягивая поводья до хруста.

Мы ринулись вперёд. Со всех сторон послышались крики, визги — кто-то из прохожих бросался врассыпную, кто-то, наоборот, тянул шею, чтобы разглядеть, что происходит. Дверца кареты распахнулась, и из неё выскочил министр, волоча за собой Трис.