Книга Развод с драконом. Ненужная жена родового дома, страница 25 – Ангелина Сантос

— Я слышу вас, — сказал он.

Теон недоверчиво сощурился.

— И что?

Рейнар, кажется, не нашелся.

Элиана почти пожалела его. Почти.

— И он постарается не забыть, — сказала она вместо него.

Рейнар посмотрел на нее.

В этом взгляде было что-то похожее на благодарность. И боль. И злость на самого себя.

Элиана отвернулась первой.

— Детям нужен завтрак. И спокойное утро.

— Да, — сказал Рейнар. — Я распоряжусь.

— Не надо распоряжаться. Просто позволь.

Он услышал разницу.

Судя по тому, как застыл, услышал слишком хорошо.

Ты слишком долго отдавал приказы, чтобы я сразу услышала просьбу.

Эта фраза еще не была сказана вслух между ними, но уже стояла в воздухе, ожидая своего часа.

Рейнар кивнул.

— Хорошо.

Мира удивленно посмотрела на него, будто слово «хорошо» в его исполнении было магическим явлением.

Теон сел за стол, но тут же поднял палец:

— Если я съем кашу, белая дама не придет до обеда?

Рейнар ответил раньше Элианы:

— Не придет.

— Совсем?

— Совсем.

— А после обеда?

Рейнар помолчал.

— Мы обсудим.

— Это значит, придет.

— Это значит, что я подумаю.

— Вы всегда так говорите, когда взрослые потом делают неприятное.

Элиана тихо сказала:

— Теон.

— Что? Я сегодня честный.

Рейнар неожиданно сел на край стула напротив мальчика. Не во главе комнаты, не у двери, не так, чтобы все смотрели на него снизу вверх. Просто сел.

— Тогда я тоже буду честным, — сказал он. — Я не позволю леди Моррен говорить с вами без меня или леди Элианы. И никто не будет заставлять вас называть ее матерью, хозяйкой или кем-то еще.

Теон подумал.

— Клянетесь?

Рейнар не сразу ответил.

Потому что в драконьем доме клятвы не были словами. Они имели вес. Их слышали стены, огонь и кровь.

Элиана напряглась.

Рейнар медленно произнес:

— Клянусь огнем рода.

Камин вспыхнул.

На этот раз золотым.

Мира опустила голову, пряча слезы. Теон важно кивнул, будто только что заключил военный договор.

— Тогда я съем половину каши.

— Всю, — сказала Элиана.

— Вы разрушили переговоры.

— Это моя особая сила.

Рейнар почти улыбнулся.

Почти.

Элиана увидела и тут же отвела взгляд, рассердившись на себя за то, что заметила.

Завтрак принесли через десять минут. Магда проверила каждую тарелку так тщательно, будто искала в овсянке государственную измену. Дети ели медленно, но ели. Лина наливала чай. Рейнар стоял у окна и смотрел на утреннее море, явно не зная, можно ли ему остаться или лучше уйти.

Элиана не подсказывала.

Пусть хоть раз сам решит не приказом.

Когда завтрак закончился, Мира подошла к Элиане с маленькой деревянной коробочкой.

— Это вам.

— Мне?

Девочка кивнула.

— Я хотела отдать вчера, но потом был ужин.

В коробочке лежала лента. Темно-зеленая, простая, немного неровно вышитая серебряной ниткой. На ней был кривоватый ключ и маленькое крыло.

Элиана почувствовала, как горло сжалось.

— Ты сама вышила?

— Да. Магда помогла только с узлом. Я хотела, чтобы у вас была хозяйская лента. До того как дом сказал.

До того как дом сказал.

Значит, ребенок увидел раньше всех.

— Спасибо, — прошептала Элиана.

Мира несмело коснулась ее запястья рядом со знаком.

— Он болит?

— Уже нет.

— Дом вас не обидит?

Элиана не знала.

Но рядом стоял Рейнар, и она слишком остро чувствовала его внимание. Сейчас он тоже ждал ответа. Возможно, впервые не как глава рода, а как человек, которому надо понять, не опасно ли то, что происходит с его женой.