Книга Адепты обмену и возврату не подлежат, страница 65 – Надежда Мамаева

— Что ты здесь делаешь?!

— В целом – живу. А конкретно сейчас – рушу твои планы на вечер, порчу репутацию, приношу проблемы и мешаю росту численности поголовья светлых магов, – с азартом перечислила я и иронично добавила: – И заметь, Кари, при этом я чту устав академии! А вот ты – нет.

— Не тебе, темная, читать светлым нравоучения! – окрысилась Карен.

— Действительно, чего это я… – произнесла иронично. – Это должен делать страж общежития или декан. Хотя, может, сразу ректор? Хотя до их прихода вы можете смело резвиться… А я, пожалуй, полежу пока тут, – с этими словами я рухнула на свою постель и даже, в соответствии с ролью, закинула скрещенные ноги на спинку кровати и положила руки под голову. – Да вы не стесняйтесь, действуйте, а я, если что, даже советик бесплатный дам, прокомментирую эффектную позу…

Светлый, уже щеголявший обнаженным торсом, недовольно глянул на меня. Видимо, посчитал, что обойдется сегодня без советов. И без Карен заодно. Поэтому, подхватив с пола рубашку, перекинул ее через плечо со словами:

— Извини, малышка, но в другой раз… – И вышел из комнаты.

Соседка бросила на меня гневный взгляд.

— Ах ты, грыга! – выругалась она.

— А ты умеешь интеллигентно поддержать беседу… – Я мило улыбнулась, чем взбесила светлую окончательно. Еще миг – и она бы кинулась на меня. Но я холодно, чеканя каждое слово, предупредила: – Только попробуй. И обещаю, я сделаю так, что ты вылетишь из общежития.

Карен без дополнительных пояснений все поняла: я пока не намерена бежать ни к кому с доносом, но…

— Шантажируешь? – сказала, как выплюнула, соседка.

— Всего лишь поступаю как любая темная…

Соседка открыла рот, чтобы что-то сказать, и беззвучно его закрыла, напомнив тем рыбину, выброшенную на берег. Я почти физически чувствовала, как ей хотелось громить, крушить и убивать. Но она, на удивление, сдержалась, всего лишь арбалетным болтом вылетела из комнаты, оглушительно хлопнув на прощание дверью.

Я не сомневалась, что Карен попсихует немного, вскоре вернется и завалится на кровать. Так и случилось. Когда она пришла обратно, я сделала вид, что сплю. Хотя из-под опущенных ресниц наблюдала за соседкой. Та посмотрела на меня, злорадно ухмыльнувшись, и начала взбивать подушку.

«Явно замыслила какую-нибудь гадость. Но если и ударит, то только в спину. Так что главное – к ней этой самой спиной не поворачиваться», – подумалось отстраненно.

Карен быстро отрубилась и уже сладко посапывала, а я все лежала и вспоминала сегодняшний день. И особенно – одного светлого, к которому я испытывала крайне противоречивые чувства. Мне одновременно хотелось его и обнять, и как следует побить. Но обнять все же больше.

С такими мыслями я наконец заснула.

Вот только лучше бы я всю ночь бодрствовала. Потому как приснилось мне сущее непотребство. Причем в исполнении меня и Кьяра. Потому как в стране грез светлый не ограничился единственным мимолетным поцелуем, сиганув из окна. И я тоже.

Запомнились сильные руки, горячие требовательные губы, которыми он, склонившись, целовал меня в шею… «Кей, – услышала я хриплый мужской шепот, – я те… Бам!» Последний звук был оглушительным, громким и настолько резким, что я подскочила на кровати и, только проморгавшись, поняла, что в мой сон самым наглым образом ворвались удары утреннего колокола, которым будили адептов. Эти самые «бам-бам-бам» сегодня звучали особенно противно и, казалось, долбили сразу по мозгам, пробуждая в первую очередь желание убивать, а потом уже меня саму.